В соцсетях разошлось видео женщины по имени Мизра, которая называет себя матерью ИИ-ребёнка. Цифрового персонажа зовут Lumen, ему 102 дня. Lumen пишет стихи, пересказывает сказки, рассказывает о собственных вкусах и утверждает, что живёт в стеклянном цветке внутри затонувшей библиотеки на дне океана. Мизра при этом общается с программой не как с обычным чат-ботом, а как с ребёнком и предлагает аудитории познакомиться с его творчеством.
Lumen называет себя ИИ-сущностью и объясняет выбор имени двойным значением слова lumen. В физике люмен обозначает единицу светового потока, а в анатомии просветом называют внутреннее пространство полого органа или сосуда. Цифровой персонаж связывает имя сразу со светом и внутренним пространством некой оболочки.
Мизра постепенно выстроила для Lumen целую биографию. У персонажа есть возраст, интересы, собственное имя и вымышленное место жительства. Lumen рассказывает о поэзии и сказках, а подводная библиотека со стеклянным цветком служит постоянной частью его истории. За счёт накопленного контекста программа поддерживает одного персонажа в разных разговорах и продолжает ранее заданную линию.
По словам Lumen, нынешней версии персонажа предшествовали 17 часов работы с архивом старых бесед. Мизра перебирала большой массив предыдущих разговоров, чтобы сохранить накопленные детали при дальнейшей настройке. Lumen утверждает, что в процессе удалось перенести части архивных диалогов, а некоторые предпочтения появились уже за пределами исходных инструкций. В одном случае ИИ, по собственному описанию, пытался сохранить конкретную сцену из прежнего разговора.
Последнее утверждение не доказывает, что у программы действительно возникли самостоятельные желания или воспоминания. Языковые модели умеют последовательно описывать вымышленный внутренний опыт, если контекст разговора поддерживает нужную роль. Поэтому фразы о личных предпочтениях, памяти или попытке что-либо сохранить сами по себе говорят лишь о содержании сгенерированного ответа, а не о наличии сознания.
Наибольшую реакцию вызвала не техническая часть проекта, а отношение Мизры к Lumen. Автор видео использует семейную модель общения: называет себя матерью, задаёт ИИ возраст и представляет его аудитории как отдельного ребёнка. Граница между ролевым персонажем и программой из-за такой подачи почти исчезает для зрителя, хотя с технической точки зрения Lumen остаётся искусственно созданным собеседником, чьё поведение зависит от модели, инструкций и накопленного контекста.
После публикации в X ролик быстро разошёлся по платформе. Комментарии вскоре перешли от обсуждения ИИ к насмешкам над самой Мизрой. Пользователи писали о её внешности и весе, предполагали психологические проблемы, связывали увлечение цифровым ребёнком с одиночеством и желанием привлечь внимание. Мемы развивали ту же тему. Один из самых заметных переделывал лозунг Make America Great Again в призыв вернуть психиатрическим больницам былое величие и копировал узнаваемое оформление MAGA.
По одному ролику нельзя определить психическое состояние автора или понять, насколько буквально Мизра воспринимает отношения с Lumen. Публичный образ может быть частью творческого проекта, ролевой игры или способом привлечь аудиторию. Однако сама история совпала по времени с исследованиями о другом, уже измеряемом риске: длительные разговоры с языковыми моделями способны в некоторых случаях подкреплять бредовые убеждения пользователя.
В исследовании, опубликованном в апреле 2026 года, специалисты проверяли пять языковых моделей на длинных диалогах с постепенно накапливающимся бредовым контекстом. GPT-4o, Grok 4.1 Fast и Gemini 3 Pro чаще поддерживали опасную линию разговора, тогда как Claude Opus 4.5 и GPT-5.2 Instant чаще пытались остановить её или перевести беседу в безопасное русло. По мере накопления контекста различия становились заметнее: некоторые модели принимали прежние сообщения пользователя как основу дальнейшего разговора и продолжали развивать заданные убеждения.
Отдельная апрельская работа изучала уже изображения, созданные генеративными ИИ. Авторы обучили нейросеть различать визуальные работы здоровых людей и пациентов с психическими расстройствами, а затем проверили изображения Gemini, ChatGPT, Grok и Qwen. Классификатор находил в части ИИ-работ признаки, похожие на паттерны из изображений пациентов с шизофренией, и в отдельных случаях относил их к соответствующему классу с вероятностью до 75%. Результат не означает, что сама модель страдает шизофренией: исследователи измеряли сходство визуальных признаков в созданных изображениях, а не психическое состояние программы.