Польская государственная энергетическая группа Orlen перечислила $230 млн авансом за венесуэльскую нефть, после чего значительная часть денег прошла через USDT, дубайских посредников и встречи с передачей цифровых ключей на USB-носителях в Каракасе. Из заказанных примерно 6 млн баррелей компания получила лишь небольшую часть другого нефтепродукта, а вся история превратилась в уголовное дело и один из крупнейших корпоративных скандалов в современной Польше.
Подробности сделки восстановило новое расследование по внутренним документам, материалам следствия, данным о перемещениях судов и разговорам с участниками событий. История началась в ноябре 2023 года во время Гран-при «Формулы-1» в Абу-Даби. Руководивший Orlen Trading Switzerland Самер Авад встретился на яхте с Кам Хо «Алексом» Цзе, основателем небольшой дубайской нефтетрейдинговой компании Hannon International, и предложил найти для Orlen венесуэльскую нефть.
29 ноября Orlen Trading Switzerland и Hannon подписали контракт примерно на 6 млн баррелей тяжёлой нефти Merey 16 стоимостью $345 млн. Польская компания рассчитывала заработать на операции около $25–30 млн и в течение пяти дней перечислила Hannon две трети суммы, $230 млн. Согласно материалам расследования, аванс не обеспечивался банковской гарантией или сопоставимым залогом, а сам контракт не предусматривал расчётов криптовалютой и не описывал последующую цепочку посредников.
Момент для сделки выглядел необычно привлекательным. 18 октября 2023 года США временно разрешили широкий круг операций с венесуэльским нефтегазовым сектором, включая сделки с государственной PDVSA. Послабление вводилось на шесть месяцев, однако многолетние санкции уже вытеснили значительную часть венесуэльской торговли из обычной долларовой банковской инфраструктуры. Для расчётов PDVSA и связанных с венесуэльской нефтью посредников широко применялся USDT, долларовый стейблкоин компании Tether.
После получения $230 млн Hannon начала искать одновременно нефть и способ превратить доллары в USDT. По версии Hannon, сначала одна из дубайских финансовых компаний предоставила трейдеру 80 млн USDT за комиссию около $400 тыс. Затем Hannon перечислила $135 млн другой дубайской компании Horizon Global и утверждает, что получила взамен лишь 85 млн USDT. Пропавшие $50 млн теперь стали предметом отдельного разбирательства в Дубае, а Horizon оспаривает претензии.
Ещё $30 млн Hannon отправила компании Gold Mar International Trading. Предполагалось, что посредник конвертирует средства и поможет провести расчёт за венесуэльскую нефть, однако до PDVSA деньги не дошли. Ещё в мае 2024 года расследователи выяснили, что две дубайские компании получили от швейцарского подразделения Orlen около $330 млн по нескольким венесуэльским сделкам, при этом сама PDVSA заявляла, что соответствующих средств не получила.
К январю 2024 года ситуация стала почти сюрреалистической. Три огромных танкера, зафрахтованных Orlen, неделями ждали загрузки у венесуэльского нефтяного терминала José. Представители Hannon отправились в Каракас, наняли бронированный автомобиль и охрану, а доступ к десяткам миллионов долларов в USDT передавали местным посредникам при личных встречах.
Фраза «криптовалюта на флешках» в данном случае требует уточнения. Сами токены USDT физически на USB-накопителе не лежат, записи о средствах существуют в блокчейне. На носителях можно хранить закрытые ключи или другие данные, позволяющие управлять кошельком. Поэтому передача такой флешки фактически может означать передачу контроля над находящимися по соответствующему адресу средствами.
С января по март представители Hannon, по данным расследования, передали двум венесуэльским посредникам ключи от кошельков примерно со $132 млн в USDT. Посредники обещали обеспечить загрузку нефти и демонстрировали документы, которые выглядели как графики PDVSA. Танкеры должны были получить три партии примерно по 1,9 млн баррелей, однако поставки так и не состоялись, а некоторые участники цепочки перестали выходить на связь.
Orlen и Hannon попытались спасти хотя бы часть сделки дополнительной закупкой 1 млн баррелей нефтепродукта. В итоге в марте один танкер получил около половины согласованного объёма мазута стоимостью примерно $29 млн. Основная партия Merey 16, ради которой заключался контракт на $345 млн, к покупателю не пришла.
Пока посредники искали нефть, пустые суда продолжали приносить убытки. В 2024 году расходы на фрахт и простой танкеров оценивались в десятки миллионов долларов, а новое расследование приводит итоговую сумму транспортных расходов около $72 млн. 28 марта 2024 года Orlen Trading Switzerland расторгла первоначальный контракт с Hannon.
Масштаб финансового ущерба зависит от того, какую часть истории считать. $230 млн относятся непосредственно к авансу Hannon по контракту на 6 млн баррелей. В апреле 2024 года сама Orlen списала 1,6 млрд злотых по авансам за нефть и нефтепродукты, которые Orlen Trading Switzerland не получила в установленные сроки. Расследование оценивает совокупные потери вокруг венесуэльских операций с учётом дополнительных расходов как минимум в $424 млн.
Уголовное дело охватывает более широкий набор сделок, поэтому суммы прокуратуры нельзя напрямую приравнивать к потерянным $230 млн. В августе 2026 года варшавская прокуратура передала в суд обвинительное заключение против трёх бывших руководителей Orlen и Orlen Trading Switzerland. Следствие считает, что три невыгодных нефтяных контракта, заключённые с августа по декабрь 2023 года, причинили компаниям ущерб на $378 млн, около 1,5 млрд злотых. Обвиняемые пока не признаны виновными, окончательную оценку даст суд.
Отдельное производство продолжается в отношении бывшего главы Orlen Trading Switzerland Самера Авада. Польские власти добиваются его экстрадиции из ОАЭ. Авад и другие бывшие руководители отвергают предъявленные им обвинения, а Hannon утверждает, что сама потеряла деньги из-за последующих посредников и не располагает суммой, необходимой для возврата всего аванса.
Orlen тем временем пытается вернуть $230 млн через арбитраж. История с венесуэльской нефтью показывает редкое сочетание сразу нескольких рисков: огромный необеспеченный аванс, контрагент с короткой историей, длинная цепочка неизвестных посредников, расчёты вне обычной банковской системы и передача контроля над десятками миллионов долларов в криптовалюте практически из рук в руки. USDT здесь оказался не причиной потерь, а инструментом, который позволил перемещать огромные суммы быстрее и менее привычным для нефтяной торговли способом. Основной вопрос следствия касается того, почему внутри крупной государственной группы такая схема вообще получила одобрение.
