Мы ждали инопланетян, а прилетел кусок льда. Чем разочаровала (и обрадовала) комета 3I/ATLAS

В конце октября 2025 года через Солнечную систему пронесся редчайший гость: комета 3I/ATLAS, всего третий подтвержденный объект межзвездного происхождения, который мы вообще успели заметить. Если загадочный ‘Oumuamua в 2017 году оставил больше вопросов, чем ответов, а 2I/Borisov в 2019-м выглядел скорее «обычной» кометой, то 3I/ATLAS пришла в удачный момент: ее удалось наблюдать достаточно подробно и с разных сторон.

Один из самых неожиданных «наблюдателей» оказался у нас буквально под носом. Солнечная обсерватория SOHO почти 30 лет смотрит на Солнце с орбиты в районе точки Лагранжа, примерно в 1,5 млн км от Земли. Но на борту у нее есть инструмент SWAN, который предназначен не для съемки Солнца, а для картографирования водорода по всему небу. Он ловит ультрафиолетовое свечение атомов водорода и по нему строит «карту» разреженного водородного облака в Солнечной системе.

Именно так SWAN и помог разглядеть, насколько активной была 3I/ATLAS. Через девять дней после перигелия (самого близкого пролета к Солнцу 30 октября) прибор зафиксировал характерное водородное сияние вокруг кометы. Это не просто «какой-то» водород: когда солнечный свет разрушает молекулы воды, которые вырываются из ядра кометы, высвобождаются атомы водорода. Они начинают светиться в ультрафиолете, и по яркости этого свечения астрономы могут восстановить, сколько воды комета выбрасывает в пространство.

Результаты, опубликованные в виде препринта на arXiv, оказались впечатляющими. 6 ноября, когда комета уже удалилась на 1,4 астрономической единицы от Солнца, скорость выброса воды оценили в 3,17 × 10²⁹ молекул в секунду. Если попытаться представить масштаб, это уровень, сопоставимый с заполнением олимпийского бассейна каждые несколько секунд, только вместо литров тут счет идет на молекулы и космические расстояния.

Особая ценность этих наблюдений в том, что они пришлись на период после перигелия. Большинство работ по 3I/ATLAS выполняли до сближения с Солнцем, когда комета разогревалась и «включалась». SWAN же увидел продолжение истории: как объект уходит наружу и постепенно затухает. В следующие недели, по оценкам авторов, водовыделение снижалось и к началу декабря, примерно через 40 дней после перигелия, упало до порядка 10–20 триллионов молекул в секунду.

Такое поведение хорошо знакомо по кометам нашей Солнечной системы: чем дальше от Солнца, тем меньше нагрев, тем слабее сублимация льда и тем тише становится комета. И это важный вывод сам по себе. 3I/ATLAS могла путешествовать между звездами миллионы лет, но, судя по динамике активности, она не превратилась во что-то экзотическое и «пережженное», а ведет себя как нормальное ледяное тело.

Методика, которой пользовались исследователи, тоже не «разовая магия». Ее развивали больше двух десятилетий, обкатывали на десятках наблюдений и уточняли по данным более чем 90 появлений разных комет. В расчетах учитывают не только само водородное свечение, но и текущую ультрафиолетовую активность Солнца и поправки, связанные с вращением светила. Это важно, потому что интенсивность свечения напрямую зависит от того, сколько ультрафиолета Солнце выдает в конкретный момент.

Для науки 3I/ATLAS интересна не только рекордными цифрами. Это материал из другой планетной системы, сформировавшийся у другой звезды, возможно миллиарды лет назад. Сравнивая такие объекты с нашими кометами, можно лучше понять, насколько похожи или различаются «строительные материалы» планетных систем в галактике.

Есть и интрига чисто физическая: столь мощное водовыделение заставляет задуматься о размере и «работоспособности» ядра. По оценкам по данным телескопа Hubble диаметр ядра лежит в широких пределах, от примерно 440 метров до 5,6 км. Если вода испарялась прямо с поверхности, то активной могла быть заметная доля, порядка 20%, что намного выше типичных 3–5% для многих комет Солнечной системы.

Сейчас 3I/ATLAS уже уходит прочь и со временем снова окажется один на один с межзвездной пустотой, прежде чем через огромные промежутки времени приблизится к другой звезде. Но благодаря SWAN и другим приборам мы успели снять детальный «портрет» этого краткого визита и, по сути, заглянули в чужую планетную систему, не покидая собственную.