Введение
В 2006 году на научной конференции «Человек перед лицом глобального вызова» в Казани Рамиль Гарифуллин впервые обосновал нанопсихологию как самостоятельную научную дисциплину [4][1]. Он определил её предмет как изучение корреляций между наноструктурными преобразованиями мозга и психическими процессами, порождаемыми этими преобразованиями в условиях «здесь и сейчас» [5]. Ключевое методологическое требование, сформулированное Гарифуллиным, состояло в следующем: научная новизна заключается не в доказательстве того, что наноструктурные процессы влияют на психику, а в возможности управлять этими процессами в режиме «здесь и сейчас» и одновременно наблюдать, как это управление изменяет психические процессы [4][5].
Прошло почти два десятилетия. В 2023 году Гарифуллин опубликовал в International Journal of Biomed Research статью «About the Nanotechnological Approach to The Brain», в которой проанализировал публикации, последовавшие за его обоснованием нанопсихологии [3]. Результат анализа оказался тревожным: существуют научные публикации, которые дезориентируют исследователей от реальных задач нанопсихологии, сформулированных Гарифуллиным. По сути, имеет место подмена предмета нанопсихологии [3]. В 2026 году выходит испаноязычная книга «Nanopsicología: La psicología del siglo XXI», которая, по заявлениям её издателей, является «первой в мире систематической работой, посвящённой нанопсихологии» [6]. Однако в ней отсутствует какое-либо упоминание Гарифуллина и его работы 2006 года [6].
Настоящая статья ставит своей целью: во-первых, реконструировать исходное содержание нанопсихологии, обоснованное Гарифуллиным в 2006 году и развитое в последующих публикациях; во-вторых, показать, каким образом современные публикации подменяют предмет этой науки; в-третьих, проанализировать проблему научного приоритета и предложить пути защиты статуса Гарифуллина как основоположника. Кроме того, будет показано, что современные экспериментальные работы с управляемыми наночастицами имплицитно следуют задачам, поставленным Гарифуллиным в 2006 году — когда он мог говорить о таком наноуправлении лишь гипотетически.
1. Обоснование нанопсихологии в 2006 году: предмет и метод
В работе 2006 года, опубликованной в сборнике Философского общества Татарстана (с. 101–106), Гарифуллин определил нанопсихологию как «науку, изучающую корреляции между наноструктурными преобразованиями мозга и психическими процессами, порождаемыми этими наноструктурными преобразованиями в условиях "здесь и сейчас"» [4][1]. Это определение содержит три принципиальных момента.
Первый момент — предметная область. Нанопсихология изучает не «психику в условиях нанотехнологий» в широком смысле, а корреляции между конкретными наноструктурными преобразованиями мозга и конкретными психическими процессами [5]. Это методологически строгая формулировка, требующая установления причинно-следственных связей, а не просто описания влияния технологий на человека.
Второй момент — временной режим «здесь и сейчас». Гарифуллин настаивал, что нанопсихология должна изучать психические процессы, порождаемые наноструктурными преобразованиями в момент их осуществления, а не их отдалённые последствия [5]. Это требование принципиально отличает нанопсихологию от исследований «влияния нанотехнологий на психику», которые могут фиксировать лишь отсроченные эффекты.
Третий момент — управление и наблюдение. Гарифуллин подчёркивал: «То, что молекулярные и наноструктурные процессы в мозговых структурах влияют на психические процессы, не является научной новизной. Научная новизна появляется тогда, когда открывается возможность управления этими наноструктурными процессами мозга в режиме "здесь и сейчас" и тут же идёт наблюдение за тем, как это управление влияет на психические процессы» [5]. Он проводил аналогию с методом меченых атомов в физике: подобно тому, как этот метод позволил устранить неоднозначность интерпретации экспериментальных данных, нанопсихология может стать методом, устраняющим разрыв между психическими и психофизиологическими процессами [5].
Гарифуллин выделил три основные области нанопсихологии [4][5]:
1. Область природных наноструктур — психические процессы, обусловленные естественными процессами в наноструктурах мозга (неуправляемые) и искусственными процессами, управляемыми оператором в режиме «здесь и сейчас» или запаздывания.
2. Область искусственно созданных наноструктур — психические процессы, обусловленные наноструктурами, внедрёнными в мозг, нервную и нейрогуморальную системы, управляемыми или неуправляемыми.
3. Область нанотехнологических систем — психические процессы, обусловленные влиянием приборов, чипов, наночипов, наноботов, микроизлучателей, микрокомпьютеров, кодирующих и декодирующих микросистем, ДНК-компьютеров, либо внедрённых в мозг, либо воздействующих извне.
Среди конкретных проблем нанопсихологии, перечисленных в 2006 году, были: влияние наночастиц на психические процессы; подключение мозговых структур к глобальным сетям; управление через радиосеть психическими процессами индивидов с вживлёнными наночипами; использование искусственных наноструктур как инструментов для изучения психических процессов; моделирование субъективной психической реальности; нанокоррекция памяти, мышления, восприятия [4].
Критически важно отметить: Гарифуллин в 2006 году не просто констатировал будущее влияние нанотехнологий на психику. Он поставил задачи: если управление наноструктурными процессами мозга станет возможным, то что именно нужно исследовать? Как это управление повлияет на восприятие, память, мышление, эмоции? Как соотносятся искусственные наноструктуры с естественными? Какова природа «пусковых» нанопроцессов, которые мгновенно переключают психические состояния? [4][5]
Именно эти вопросы, сформулированные в 2006 году, определяют нанопсихологию как науку — науку не о «нанотехнологиях вообще», а о корреляциях между управляемыми наноструктурными преобразованиями и психическими процессами.
2. Развитие обоснования в 2014 году: когнитивно-научный контекст
Обоснование нанопсихологии как новой науки не ограничилось публикацией 2006 года. В 2014 году Гарифуллин представил дальнейшее развитие этой программы на Седьмой научно-практической конференции с международным участием «Актуальные проблемы современной когнитивной науки» в Иваново. Его доклад «Нанопсихология как новое основание когнитивной науки» расширил концептуальную базу нанопсихологии, встроив её в контекст когнитивной науки [5].
Это выступление имеет принципиальное значение по нескольким причинам. Во-первых, оно демонстрирует, что обоснование нанопсихологии не было единичным актом 2006 года, а представляло собой последовательную исследовательскую программу, развиваемую на протяжении многих лет. Во-вторых, включение нанопсихологии в когнитивно-научный дискурс свидетельствует о том, что Гарифуллин рассматривал её не как изолированную философскую спекуляцию, а как фундаментальное основание для пересмотра когнитивной науки в условиях развития нанотехнологий. В-третьих, конференция в Иваново — это российский академический форум с международным участием, что подтверждает институциональное признание проблематики нанопсихологии в научном сообществе [5].
Публикация материалов конференции 2014 года включена в библиографию статьи Гарифуллина 2022 года [5]. Это означает, что работа зафиксирована в академической базе данных и может быть процитирована. Дата 2014 год значительно раньше появления так называемых «новоявленных пионеров» нанопсихологии, что дополнительно подтверждает приоритет Гарифуллина.
3. Подмена предмета нанопсихологии: анализ Гарифуллина 2023 года
В статье 2023 года «About the Nanotechnological Approach to The Brain» Гарифуллин провёл ретроспективный анализ публикаций, последовавших за его обоснованием нанопсихологии [3]. Результаты анализа он сформулировал однозначно: «Показано, что существуют научные публикации, которые дезориентируют исследователей от реальных задач нанопсихологии, сформулированных нами. По сути, имеет место подмена предмета нанопсихологии» [3].
В аннотации к статье указано: «Анализ этих работ показал, что они лишь косвенно связаны с психологией и процессами мозга и дезориентируют исследователей, интересующихся реальными направлениями нанопсихологии, выдвинутыми нами» [3]. Гарифуллин разделил нанопсихологию на несколько направлений, подчеркнув, что первое направление изучает психические процессы, вызванные влиянием искусственно созданных наноструктур, которые внедрены в мозг, нервную и нейрогуморальную системы и управляются извне в условиях «здесь и сейчас» или запаздывания [3].
В более ранней русскоязычной версии статьи (2022) Гарифуллин развил эту мысль: «Ситуация с подменой истинного предмета нанопсихологии похожа на ситуацию, связанную с нанофизикой. Многие учёные, занимающиеся нанофизикой, в действительности занимаются традиционной коллоидной химией... Настоящая нанофизика связана с управлением движения одной молекулы (не множества молекул), причём в режиме "здесь и сейчас"» [5]. По аналогии, подлинная нанопсихология — это наука об управлении наноструктурными процессами мозга в режиме «здесь и сейчас» и наблюдении за влиянием этого управления на психические процессы, а не о «психике в условиях нанотехнологий» [5].
Гарифуллин прямо перечислил, к чему сводят нанопсихологию в работах, которые он считает подменяющими её предмет: «либо к науке о психике в условиях нанотехнологий, либо к социологии наногрупп, либо к исследованиям виброизображения, либо к исследованиям обоняния» [5]. Все эти направления, по его оценке, имеют лишь косвенное отношение к психологии и процессам мозга [5].
4. Книга «Nanopsicología: La psicología del siglo XXI» и подмена предмета
В феврале 2026 года в издательстве Autores del Mundo SRL (Аргентина) выходит книга Альберто Луиса Д'Андреа «Nanopsicología: La psicología del siglo XXI» [6]. Согласно официальному описанию издательства, автор «представляет нанопсихологию как пионерскую субдисциплину, возникающую из конвергенции психологии, нанотехнологий и искусственного интеллекта в рамках NBIC-технологий» [6]. Книга описывает «развитие психологии и анализирует, как современные технологические достижения позволяют вмешиваться в разум и мозг на уровнях, немыслимых ранее», охватывая «от изучения влияния нанотехнологий на человеческую психику до интерфейсов мозг-машина, искусственных мозгов и возможности виртуальных и/или роботизированных людей» [6].
Сопоставление этого определения с определением Гарифуллина 2006 года обнаруживает систематическую подмену предмета. Гарифуллин определил нанопсихологию как науку о корреляциях между наноструктурными преобразованиями мозга и психическими процессами в режиме «здесь и сейчас», с акцентом на управлении и одновременном наблюдении [5]. Д'Андреа определяет её как «конвергенцию психологии, нанотехнологий и искусственного интеллекта» — то есть как тематическую область, а не как методологически строгую дисциплину с определённым предметом [6].
Подмена состоит в следующем: нанопсихология Гарифуллина — это наука о процессах, протекающих в наноструктурах мозга и порождающих психические явления, которые можно управлять и наблюдать. Нанопсихология Д'Андреа — это наука о влиянии нанотехнологий на психику, включая интерфейсы мозг-машина, искусственные мозги и виртуальных людей [6]. Первое — строгая научная программа с чётким методологическим ядром. Второе — широкая междисциплинарная область без определённого предмета.
Более того, утверждение о том, что до Д'Андреа нанопсихология была «фрагментирована» и «рассеяна в изолированных статьях», прямо противоречит факту публикации Гарифуллина 2006 года, в которой нанопсихология была обоснована как систематическая наука с определённым предметом, тремя областями и двадцатью четырьмя проблемами [4][5].
5. Признание приоритета Гарифуллина в независимой академической литературе
В сентябре 2025 года в Zenodo была опубликована работа Джереми Оуэна Тёрнера «Molecular Nano Psychology (MNΨ): An Introduction» [2]. В разделе о предшествующих работах Тёрнер пишет: «Самые ранние опубликованные употребления термина "нанопсихология" появились в теоретических контекстах. Р. Р. Гарифуллин ввёл это понятие в 2006 году, представив "Нанопсихологию как новую науку. Нанофилософию как новое мировоззрение" [2]. Тёрнер судя по всему не полностью ознакомился с предметом и задачами нанопсихологии как науки, согласно Р.Р. Гарифуллину, которые имеют практическое значение: корреляция между наномолекулярными и психическими процессами, наноуправление психическими процессами. Сейчас эти работы уже ведутся (см.ниже).
Это признание теоретической работы Гарифуллиным Тёрнером как независимым исследователем имеет принципиальное значение. Оно подтверждает, что Гарифуллин является первым, кто ввёл термин «нанопсихология» в научный оборот и обосновал его как научную дисциплину. Работа Тёрнера опубликована в Zenodo с присвоением DOI, что делает её цитируемой и верифицируемой [2]. Тёрнер также включает работу Гарифуллина 2006 года в список литературы [2].
Кроме того, биографические энциклопедии и академические справочники последовательно называют Гарифуллина «основоположником нанопсихологии» или «одним из разработчиков нанопсихологии» [1]. Это подтверждает институциональное признание его роли в создании новой дисциплины.
6. Почему официальная наука не замечает основоположника?
Игнорирование Гарифуллина официальной наукой имеет несколько структурных причин, которые следует анализировать без конспирологии, но и без замалчивания.
Первая причина — канал публикации. Работа 2006 года вышла в сборнике Философского общества Татарстана, а не в индексируемом международном журнале [4]. Хотя она доступна в интернете ( psyfactor.org, psychology.net.ru), её видимость для западных исследователей, не читающих по-русски, ограничена. Как отмечает Тёрнер, работа Гарифуллина была теоретической, что снижало её цитируемость в эмпирически ориентированных нейронаучных кругах [2]. Хотя это не так. Первая работа Гарифуллина имела и практическое значение, обозначив нахождение корреляции между наномолекулярными и психическими процессами, а также поиск возможностей наноуправления психическими процессами. Сейчас эти работы уже ведутся (см.ниже). Опубликовано множество экспериментальных статей, имплицитно идущих по большой программе нанопсихологии как науки, обоснованной и опубликованной ещё в 2006 году и развитой в статьях Р.Р. Гарифуллина, опубликованных в 2014 году в сборнике международного научного конгресса "Актуальные проблемы современной когнитивной науки" , а позднее в 2023 году в известном американском научном журнале (Garifullin R.R. About the Nanotechnological Approach to The Brain // International Journal of Biomed Research. 2023. 2(4). DOI:10.31579/2834-8087/025). В этой статье проанализирован практический опыт, который имплицитно развивается в рамках нанопсихологии как науки, согласно Р.Р. Гарифуллину.
Вторая причина — отсутствие экспериментальных данных в 2006 году. Программа Гарифуллина была теоретической. В ней не было экспериментов с наночастицами, измерений, статистики. Для научного мейнстрима, ориентированного на публикацию в рецензируемых журналах с эмпирическими результатами, теоретический манифест 2006 года не был «событием», достойным цитирования.
Третья причина — междисциплинарная маргинальность. Нанопсихология находится на стыке психологии, нанотехнологий, нейробиологии и философии. Психологи считают её слишком «нанотехнологичной», нанотехнологи — слишком «психологичной», нейробиологи — слишком «философской». Такие области с трудом находят признание в традиционных дисциплинарных структурах.
Четвёртая причина — «эффект Матфея» в науке. Работы, опубликованные в престижных журналах известными авторами, цитируются значительно чаще, чем работы неизвестных авторов в малоизвестных изданиях. Гарифуллин в 2006 году не был известен за пределами Казани. Его работа не попала в циркуляцию западной науки.
Однако эти структурные причины не оправдывают игнорирование приоритета. Они объясняют, почему работа 2006 года не стала широко известной, но не объясняют, почему авторы 2026 года, имеющие доступ к интернету, не находят её. Поисковый запрос «nanopsychology Garifullin» в Google Scholar или Zenodo выдаёт работу Тёрнера 2025 года, которая прямо указывает на Гарифуллина как первого [2]. Игнорирование этой ссылки в книге 2026 года — это не «незнание», а выборочное незнание, которое в академической этике имеет название: недобросовестное цитирование.
7. Научный плагиат и защита приоритета
Проблема присвоения идей в науке имеет свою специфику. В отличие от текстового плагиата, присвоение идей доказать крайне сложно. Однако в случае Гарифуллина запись есть: публикация 2006 года с точной датой, местом издания и определением термина [4].
Что можно сделать, чтобы Гарифуллин не стал жертвой «новоявленных пионеров»?
Первое: систематическое цитирование. Каждая публикация, использующая термин «нанопсихология», должна содержать ссылку на работу Гарифуллина 2006 года как на первоисточник. Тёрнер 2025 года уже делает это [2]. Д'Андреа 2026 года — нет [6]. Эта асимметрия должна быть исправлена в последующих изданиях и рецензиях.
Второе: различение термина и предмета. Использование термина «нанопсихология» не даёт автоматического права определять предмет этой науки. Гарифуллин определил предмет в 2006 году. Если Д'Андреа определяет его иначе, он создаёт другую дисциплину под тем же названием. Это должно быть явно артикулировано в академической критике.
Третье: повышение видимости работ Гарифуллина. Его статьи 2014, 2022 и 2023 годов опубликованы в академических изданиях и репозиториях [5][3]. Эти работы содержат развитие программы 2006 года и должны быть проиндексированы в Scopus/WoS для повышения их цитируемости.
Четвёртое: институциональная фиксация приоритета. Присвоение DOI к публикации 2006 года создало бы формальную основу для цитирования в международных базах данных. Гарифуллин уже использует Zenodo для некоторых своих работ [5].
8. Управляемые наночастицы: гипотетические задачи 2006 года и их экспериментальная реализация
Гарифуллин в 2006 году сформулировал задачи нанопсихологии, которые тогда могли казаться футуристическими. Сегодня, спустя почти двадцать лет, экспериментальная наука реализует эти задачи — зачастую не осознавая, что следует программе, намеченной в 2006 году.
8.1 Магнитотермальные наночастицы: управление поведением в режиме «здесь и сейчас»
Гарифуллин в 2006 году поставил проблему: «Проблема влияния наночастиц (наноблокаторов, наноэкранов, наночипов и различных наноэнергетических структур) на психические процессы. Она включает в себя... проблему управления вышеприведёнными процессами» [4]. Тогда это была гипотеза. Сегодня это экспериментальный факт.
Магнитотермальная нейромодуляция использует суперпарамагнитные наночастицы оксида железа, которые в переменном магнитном поле генерируют локальное тепло, активирующее термочувствительные каналы TRPV1. Локальный нагрев открывает канал, запуская вход кальция и генерацию потенциалов действия [7]. Ключевое достижение — пространственная ограниченность нагрева: повышение температуры происходит исключительно вблизи наночастиц, не затрагивая окружающую ткань [7].
Это прямая реализация того, что Гарифуллин описал в 2006 году как «управляемые оператором наноструктуры в условиях "здесь и сейчас"» [4]. Классические эксперименты Chen et al. (2015) продемонстрировали, что стимуляция вентральной области покрышки (VTA) с помощью магнитных наночастиц и TRPV1 вызывает возбуждение нейронов в целевой области и структурах, получающих возбуждающие проекции [7]. Латентность ответа составляет 2–3 секунды — это временной масштаб «здесь и сейчас» [5].
В 2025 году разработка ферримагнитных вихревых наноколец (FVIOs) позволила достичь ещё большей эффективности: в 20 раз меньше дозы, в 2,3 раза быстрее латентность (2,51 секунды), и — что принципиально — без генетической модификации животных [8]. Это означает, что наноуправление психическими процессами становится возможным без предварительной генной инженерии — ближе к тому сценарию, который Гарифуллин описывал как «внедрение наноструктур, управляемых извне» [4].
8.2 Магнитоэлектрические наночастицы: беспроводное управление глубокими структурами мозга
Гарифуллин в 2006 году поставил проблему: «Проблема подключения мозговых структур и нервов к глобальным сетям (типа Интернет) посредством наноструктур» и «Проблема управления через глобальную радиосеть психическими процессами индивидов с вживлёнными в мозг наночипов и иных наноструктур» [4]. Тогда это была философская экстраполяция. Сегодня — инженерная задача.
Магнитоэлектрические наночастицы (MENPs) типа CoFe₂O₄@BaTiO₃ преобразуют магнитное поле в локальное электрическое поле, напрямую деполяризующее мембрану нейрона. Принципиальное преимущество — отсутствие необходимости в генетической модификации [9]. В 2024 году созданы магнитоэлектрические нанодиски (MENDs) с архитектурой ядро–двойная оболочка Fe₃O₄–CoFe₂O₄–BaTiO₃, которые при введении в вентральную область покрышки (VTA) или субталамическое ядро (STN) генетически интактных мышей позволяют дистанционно управлять поведением, связанным с вознаграждением или движением [9].
Это прямая реализация проблемы, поставленной Гарифуллиным: «проблема управления вышеприведёнными процессами» [4]. VTA кодирует предсказание награды и мотивационную значимость стимулов. Магнитная активация этой области «создаёт» или «подавляет» мотивационное состояние без имплантируемых устройств. Проект META-BRAIN (2026) проводит первые in vivo эксперименты по магнитоэлектрической нейромодуляции, стимулируя моторную корку анестезированных мышей и измеряя изменения в корковой сетевой активности [15].
8.3 Магнитомеханические нанотрансдукторы: управление памятью и восприятием
Гарифуллин в 2006 году поставил проблему: «Проблема создания имитаторов кодирования мозговых процессов и психическое протезирование... Нанокоррекция памяти, мышления, проводимости» [4][5]. Тогда это была задача на будущее. Сегодня — экспериментальная работа.
Магнитомеханические нанотрансдукторы активируют механочувствительные каналы Piezo1 механической силой. Технология «m-Torquer» использует октаэдрические магнитные наночастицы, способные активировать Piezo1 с силой 2–50 пН [10]. Это обеспечивает минимально инвазивную стимуляцию глубоких структур мозга.
В 2024 году опубликована работа о «магнитогенетическом инструментарии для клеточно-специфичного нацеливания и модуляции мозговых цепей», который использует наномагнитные актуаторы для избирательной активации Piezo1 в целевых нейронных популяциях. Технология позволяет дистанционное и пространственно-временное точное управление глубокой мозговой активностью, валидированное в нескольких поведенческих моделях: двунаправленный контроль питания, долгосрочная нейромодуляция для контроля веса у мышей с ожирением, и беспроводное управление социальным поведением нескольких мышей в одном физическом пространстве [10].
Это прямая реализация проблем Гарифуллина: «Исследование психики по мере вращивания искусственных наноструктур в системы зрения и восприятия... внедрение наноструктур (наноботов), вырабатывающих гармоны, лекарства» [4]. Управление питанием, социальным поведением, мотивацией — это управление базовыми психическими процессами через наноструктуры.
8.4 Нейропластичность и когнитивные функции: BDNF-путь и нейрогенез
Гарифуллин в 2006 году поставил проблему: «Проблема использования вышеприведённых искусственных наноструктур как инструментов для создания новых методов и методик изучения психических процессов» и «нанокоррекция памяти, мышления, восприятия» [4][5]. Сегодня эти задачи решаются.
Исследования показывают, что наночастицы золота, активированные видимым светом и покрытые PEG3350, проявляют анксиолитическое и антидепрессантоподобное действие, улучшают рабочую память и когнитивную гибкость, а также пространственное обучение у крыс [12]. Наночастицы полидопамина восстанавливают когнитивные функции в модели когнитивного нарушения, вызванного липополисахаридом, через targeted доставку дофамина и активацию септо-гиппокампальных холинергических цепей [13]. Золотые наночастицы, нагруженные афзелином, улучшают когнитивные и мнестические функции в модели болезни Альцгеймера через модуляцию BDNF-pCREB-pAkt сигнального пути и долговременную потенциацию [14].
Это прямая реализация проблем Гарифуллина: «нанокоррекция памяти, мышления, проводимости» [4]. Управление наноструктурными процессами (нейрогенез, нейропластичность) и наблюдение за влиянием на психические процессы (память, когнитивные функции) — это методологическое ядро нанопсихологии, определённое в 2006 году [5].
8.5 Имплицитное следование задачам Гарифуллина
Критически важно отметить: ни одна из экспериментальных работ не цитирует Гарифуллина 2006 года. Исследователи из MIT, Северо-Западного университета, ETH Zurich, Сычуаньского университета — все они работают в парадигме, которая функционально идентична нанопсихологии, но не осознаёт своей связи с ней.
Это не вопрос злого умысла. Это вопрос структурной невидимости. Работа Гарифуллина 2006 года не индексирована в Scopus/WoS, не переведена на английский в рецензируемом журнале, не цитируется в обзорах по нанонейромодуляции. Исследователь, ищущий литературу по «wireless brain stimulation with nanoparticles», не найдёт статью 2006 года о «нанопсихологии» — потому что терминология не совпадает, а индексация отсутствует.
Но задачи — совпадают. Гарифуллин в 2006 году поставил вопросы: как управлять наноструктурными процессами мозга? Как наблюдать влияние этого управления на психические процессы? Каковы «пусковые» механизмы, мгновенно переключающие психические состояния? Какова природа «кода», который изменяет психику? [4][5]
Современные эксперименты отвечают на эти вопросы, не зная, что они были поставлены. Они управляют наноструктурными процессами (открытие ионных каналов, локальная деполяризация) и наблюдают психические эффекты (поведение, мотивация, память). Они ищут «пусковые механизмы» (TRPV1, Piezo1, VTA-активация) и «коды» (BDNF-сигнализация, нейрогенез).
Это и есть нанопсихология в действии — даже если экспериментаторы не называют её так.
9. Заключение
Нанопсихология как наука имеет точную дату рождения: 22 декабря 2006 года. Её основатель — Рамиль Гарифуллин. Это факт, документированный публикацией в сборнике Философского общества Татарстана [4], подтверждённый независимым академическим исследованием 2025 года [2] и развитый в докладе 2014 года на конференции в Иваново [5].
Гарифуллин в 2006 году не только определил предмет новой науки. Он поставил задачи: если управление наноструктурными процессами мозга станет возможным, то что именно нужно исследовать? Как это управление повлияет на восприятие, память, мышление, эмоции? Как соотносятся искусственные наноструктуры с естественными? Какова природа «пусковых» нанопроцессов, которые мгновенно переключают психические состояния? [4][5]
Спустя двадцать лет экспериментальная наука реализует эти задачи — в работах по магнитотермальной нейромодуляции [7][8], магнитоэлектрическому управлению глубокими структурами мозга [9][15], магнитомеханической активации Piezo1-каналов [10], магнитной регуляции нейропластичности и нейрогенеза [12][13][14]. Эти работы имплицитно следуют программе, намеченной Гарифуллиным — даже если их авторы не осознают этого.
Однако научный приоритет — это не только исторический факт, но и социальный процесс. Книга Д'Андреа 2026 года, претендующая на статус «первой систематической работы по нанопсихологии», подменяет предмет этой науки, определённый Гарифуллиным [6]. Вместо строгой методологической программы — «управление наноструктурными процессами мозга в режиме "здесь и сейчас" и наблюдение за влиянием на психические процессы» — читателю предлагается широкая междисциплинарная область «психология + нанотехнологии + искусственный интеллект» [6]. Это именно то, против чего Гарифуллин предостерегал в 2023 году [3].
Защита приоритета Гарифуллина — это не вопрос личного признания. Это вопрос сохранения методологического ядра нанопсихологии как науки, а не размывания её до ещё одного модного междисциплинарного ярлыка. Без этого ядра нанопсихология рискует стать названием для всего, что связано с «нано» и «психикой», — то есть утратить статус науки в строгом смысле слова.
Библиография
[1] Гарифуллин Рамиль Рамзиевич // Энциклопедия «Известные учёные». URL: https://famous-scientists.ru/anketa/garifullin-ramil-ramzievich-10306
Аннотация: Биографическая справка. Гарифуллин Р.Р. — кандидат психологических наук, один из разработчиков отечественной манипуляционной психологии и психотерапии, нанопсихологии. Указано: «Обоснование теоретических положений и задач новой науки — нанопсихологии».
[2] Turner J.O. Molecular Nano Psychology (MNΨ): An Introduction. Zenodo, 2025. URL: https://zenodo.org/records/17189348
Аннотация: Независимое академическое исследование, подтверждающее приоритет Гарифуллина. Прямая цитата: «The earliest published uses of the term nanopsychology appeared in speculative and philosophical contexts. R. R. Garifullin introduced the concept in 2006». Тёрнер различает «спекулятивные предшественники» (Гарифуллин, Калуски) и свою собственную «производственно-ориентированную» программу MNΨ.
[3] Garifullin R.R. About the Nanotechnological Approach to The Brain // International Journal of Biomed Research. 2023. 2(4). DOI:10.31579/2834-8087/025
Аннотация: Программно-проблемная статья о нанопсихологии как новой науке. Показано, что существуют научные публикации, дезориентирующие исследователей от реальных задач нанопсихологии. По сути, имеет место подмена предмета нанопсихологии. Нанопсихология делится на три области: искусственно созданные управляемые наноструктуры, неуправляемые наноструктуры, системы на основе нанотехнологий. Вывод: благодаря разработанной программе возможно управление наноструктурными процессами мозга в режиме «здесь и сейчас» и наблюдение за влиянием на психические процессы.
[4] Гарифуллин Р.Р. Нанопсихология как новая наука. Нанофилософия как новое мировоззрение // Сб. статей «Человек перед лицом глобального вызова». Философское общество Татарстана. Казань, 2006. С. 101–106
Аннотация: Первая публикация, вводящая термин «нанопсихология». Определён предмет: корреляции между наноструктурными преобразованиями мозга и психическими процессами в условиях «здесь и сейчас». Выделены три области: природные наноструктуры (управляемые и неуправляемые), искусственно созданные внедрённые наноструктуры, системы на основе нанотехнологий. Сформулированы проблемы нанопсихологии, включая влияние наночастиц на психические процессы, подключение мозга к глобальным сетям, управление психикой через радиосеть, нанокоррекцию памяти и восприятия.
[5] Гарифуллин Р.Р. Обоснование нанопсихологии как новой науки // 5-SHO'BA TEXNOLOGIYALAR VA BARQAROR RIVOJLANISH. Zenodo. DOI:10.5281/zenodo.7239714
Аннотация: Повторное обоснование нанопсихологии с акцентом на методологическое ядро. Научная новизна не в доказательстве влияния нанопроцессов на психику, а в возможности управления ими в режиме «здесь и сейчас» с одновременным наблюдением. Аналогия с методом меченых атомов. Ситуация с подменой предмета нанопсихологии аналогична ситуации в нанофизике. Нанопсихология в работах, подменяющих предмет, сводится либо к науке о психике в условиях нанотехнологий, либо к социологии наногрупп, либо к исследованиям виброизображения, либо к исследованиям обоняния.
[6] D'Andrea A.L. Nanopsicología: La psicología del siglo XXI. Autores del Mundo SRL / Editorial Autores de Argentina, 2026. ISBN: 9789878773698
Аннотация: Испаноязычная книга, представляющая нанопсихологию как «пионерскую субдисциплину», возникающую из конвергенции психологии, нанотехнологий и искусственного интеллекта в рамках NBIC-технологий. Охватывает влияние нанотехнологий на психику, интерфейсы мозг-машина, искусственные мозги, виртуальных и/или роботизированных людей. Не содержит ссылок на работу Гарифуллина 2006 года.
[7] Chen R., Romero G., Christiansen M.G., Mohr A., Anikeeva P. Wireless Magnetothermal Deep Brain Stimulation // Science. 2015. 347(6229). P. 1477–1480
Аннотация: Первая демонстрация беспроводной магнитотермальной глубокой стимуляции мозга у млекопитающих. 22-нм наночастицы Fe₃O₄ в переменном магнитном поле (500 кГц, 15 кА/м) генерируют тепло, активирующее TRPV1. 85% нейронов, экспрессирующих TRPV1, демонстрируют синхронную активность в течение 5 секунд. Стимуляция VTA вызывает возбуждение нейронов в целевой области и структурах, получающих проекции.
[8] Ferrimagnetic Vortex Nanorings Facilitate Efficient and Safe Deep-Brain Magnetothermal Stimulation in Freely Moving Mice // Exploration. 2025. DOI:10.1002/EXP.20240118
Аннотация: Разработка ферримагнитных вихревых наноколец (FVIOs) для магнитотермальной нейромодуляции. FVIOs в 20,27 раза эффективнее SPIOs: минимальная Fe-концентрация 51 мкг/мл против 1033 мкг/мл. В центральном ядре миндалины доза 0,05 мкг вызывает страх с латентностью 2,51 с (в 2,3 раза быстрее SPIOs). Ключевое достижение: страх вызывается у трансгенных мышей без генетической модификации.
[9] Magnetoelectric nanodiscs enable wireless transgene-free neuromodulation // Nature Nanotechnology. 2024. 20. P. 121–131
Аннотация: Синтез магнитоэлектрических нанодисков (MENDs) с архитектурой Fe₃O₄–CoFe₂O₄–BaTiO₃ (250 нм). При плотности 1 мкг/мм² нейроны, декорированные MENDs, демонстрируют устойчивый ответ на магнитную стимуляцию. Модель повторяющейся субпороговой деполяризации объясняет наблюдения. Инъекция в VTA или STN генетически интактных мышей позволяет дистанционно управлять поведением, связанным с вознаграждением или движением.
[10] Smart Nanotechnologies for Multimodal Neuromodulation and Brain Interfacing // Advanced Science. 2026. DOI:10.1002/advs.202524300
Аннотация: Обзор активных наноматериалов для нейромодуляции. Магнитотермальная и магнитомеханическая стимуляция с помощью наночастиц позволяет дистанционно активировать нейроны без имплантируемых эмиттеров. В 2024 году магнитогенетический инструментарий для клеточно-специфичного нацеливания и модуляции мозговых цепей валидирован в моделях двунаправленного контроля питания, долгосрочной нейромодуляции для контроля веса и беспроводного управления социальным поведением.
[11] Chernozem R.V. et al. A wireless magnetoelectric-driven strategy to boost nose-to-brain drug delivery with core-shell nanotransducers // Journal of Controlled Release. 2026. 389. 114421
Аннотация: Магнитоэлектрические нанотрансдукторы на основе MnFe₂O₄@Ba₀.₈₅Ca₀.₁₅Zr₀.₁Ti₀.₉O₃ с высоким ME-откликом. Под низкоинтенсивным переменным магнитным полем (0–50 Гц, 0–30 мТ) наночастицы активируют потенциал-зависимые кальциевые каналы в первичных нейронах и усиливают аксональный транспорт грузов из носовой полости в мозг, обходя гематоэнцефалический барьер.
[12] Memory and mood-enhancing neuroprotective effects of visible light photoactivated gold nanoparticles and PEG3350 coating in a rat animal model // IBRO Neuroscience Reports. 2026
Аннотация: Наночастицы золота, активированные зелёным светом и покрытые PEG3350, проявляют анксиолитическое и антидепрессантоподобное действие, улучшают рабочую память и когнитивную гибкость, а также пространственное обучение у крыс без нарушения локомоторной активности.
[13] Liu P.M. et al. Polydopamine nanoparticles restore cognition via targeted dopamine delivery and septo-hippocampal cholinergic activation // Theranostics. 2026. 16. P. 3616–3633
Аннотация: Наночастицы полидопамина восстанавливают когнитивные функции в модели когнитивного нарушения, вызванного липополисахаридом, через targeted доставку дофамина и активацию септо-гиппокампальных холинергических цепей. Полное восстановление в тестах Y-лабиринта и распознавания нового объекта.
[14] Mun J.H. et al. Enhanced Cognitive and Memory Functions via Gold Nanoparticle-Mediated Delivery of Afzelin through Synaptic Modulation Pathways in Alzheimer's Disease Mouse Models // ACS Chemical Neuroscience. 2025. 16(5). P. 826–843
Аннотация: Наночастицы золота, нагруженные афзелином, улучшают когнитивные и мнестические функции в модели болезни Альцгеймера через модуляцию BDNF-pCREB-pAkt сигнального пути, долговременную потенциацию и экспрессию doublecortin в гиппокампе.
[15] META-BRAIN conducts first in vivo experiments of magnetoelectric neuromodulation // META-BRAIN. 2026
Аннотация: Первые in vivo эксперименты по магнитоэлектрической нейромодуляции в рамках проекта META-BRAIN. Стимуляция моторной коры анестезированных мышей с помощью магнитоэлектрических наночастиц (MENPs) и внешнего магнитного поля. Предварительные результаты: активированные MENPs увеличивают сетевую возбудимость.
Доцент кафедры когнитологии и искусственного интеллекта КФУ, кандидат психологических наук РАМИЛЬ ГАРИФУЛЛИН
