В феврале 2017 года Комиссия по борьбе с лженаукой и фальсификацией научных исследований при Президиуме РАН выпустила документ с предельно жёстким названием: «О лженаучности гомеопатии». Учёные заявили, что лечение сверхмалыми дозами не имеет научных оснований, а гомеопатические методы диагностики и лечения следует квалифицировать как лженаучные.
Однако меморандум не был приказом Минздрава, законом или решением об отзыве регистрационных удостоверений. Комиссия сформулировала научную позицию и рекомендации, но не могла сама убрать упаковки с аптечных витрин. Поэтому спустя годы после громкого документа в продаже остаются не только классические гомеопатические средства, но и препараты, вокруг которых спор стал ещё сложнее, включая «Анаферон».
Что именно подписали учёные РАН в 2017 году
Меморандум №2 датирован 6 февраля 2017 года, а на странице Комиссии опубликован 7 февраля. Документ появился не как эмоциональный протест против альтернативной медицины, а как итог экспертной работы с научными публикациями, клиническими исследованиями, систематическими обзорами и российской историей внедрения гомеопатии.
В официальном меморандуме Комиссия сформулировала два связанных вывода. Первый касался механизма: представления о том, что многократное разведение и встряхивание усиливают действие вещества, противоречат установленным данным химии, физики и биологии. Второй касался клиники: убедительных доказательств эффективности гомеопатии сверх эффекта плацебо авторы не нашли.
Один из центральных аргументов документа связан с разведениями. В классической гомеопатии раствор могут разбавлять последовательно в сто раз. Разведение 12С означает уменьшение исходной концентрации в 1024 раз. На таком уровне вероятность обнаружить хотя бы одну молекулу исходного вещества в дозе становится крайне малой. Разведение 30С уходит далеко за предел, при котором разговор о молекулах исходного вещества в препарате сохраняет физический смысл.
Комиссия отдельно подчеркнула, что гомеопатия и фитотерапия не являются одним и тем же. В растительном препарате может присутствовать измеримое количество биологически активных веществ. В высокоразведённом гомеопатическом средстве исходное вещество может отсутствовать как химически обнаружимый компонент. Упоминание растения, минерала или антитела на упаковке само по себе не доказывает наличие терапевтически значимой дозы.
Риск гомеопатии связан не только с бесполезной покупкой. Опасность возникает, когда пациент заменяет препаратом без доказанной эффективности диагностику, противовирусную терапию по показаниям, антибиотик при бактериальной инфекции, лечение астмы, онкологического заболевания или другой болезни, где промедление меняет прогноз.
Чего РАН потребовала от Минздрава, аптек и врачей
Меморандум не ограничился формулой «гомеопатия не работает». Комиссия предложила изменить практику, благодаря которой такие средства выглядели в глазах покупателя как обычные лекарства с подтверждённым действием.
| Кому адресовали рекомендацию | Что предложила Комиссия | Почему это имело значение |
|---|---|---|
| Минздраву | Вывести гомеопатические препараты из применения в государственных и муниципальных медучреждениях, не включать их в клинические рекомендации и стандарты помощи | Врачебное назначение создаёт для пациента впечатление доказанной эффективности |
| Регуляторам маркировки | Указывать на упаковке отсутствие доказанной клинической эффективности и показаний к применению | Надпись «лекарственный препарат» без пояснения может вводить покупателя в заблуждение |
| ФАС | Пресекать рекламу, которая приписывает гомеопатии лечебные свойства | Реклама превращает научно неподтверждённую гипотезу в обещание лечения |
| Аптекам | Не выкладывать гомеопатию рядом с обычными лекарствами, по возможности продавать через отдельную витрину | Соседство на полке создаёт ложное равенство между средствами с разной доказательной базой |
| Фармацевтам и врачам | Не рекомендовать гомеопатию и информировать пациентов об отсутствии научно подтверждённой эффективности | Совет специалиста часто воспринимается сильнее, чем инструкция или реклама |
Комиссия не требовала закрыть аптеки или наказать пациентов, которые покупают сахарные гранулы. Смысл рекомендаций был другим: отделить научно обоснованную медицинскую помощь от практики, которая пользуется медицинским языком и аптечной инфраструктурой, но не предъявляет сопоставимых доказательств эффективности.
Почему документ вызвал скандал, а не мгновенный запрет
В России гомеопатия к 2017 году уже находилась не на окраине рынка. Метод допустили к применению в практическом здравоохранении приказом Минздрава 1995 года, а Федеральный закон №61-ФЗ «Об обращении лекарственных средств» закрепил категорию «гомеопатический лекарственный препарат». Иными словами, у научной критики и у действующего регулирования существовали разные ответы на вопрос, что считать лекарством.
Меморандум говорил: у гомеопатии нет убедительных научных оснований. Российская правовая система продолжала говорить: гомеопатический препарат может иметь регистрацию и продаваться при соблюдении установленных требований. Для исчезновения средств из обращения потребовались бы решения регуляторов, изменения требований к регистрации, отзыв конкретных регистрационных удостоверений или запрет оборота. Сам меморандум таких полномочий не имел.
Научный спор быстро стал административным и коммерческим. ФАС поддержала позицию учёных против недостоверной рекламы, однако связывала действенные меры с изменениями в регулировании. Минздрав сообщил о создании рабочей группы. Представители розницы заняли гораздо более спокойную позицию: как сообщал РБК, сеть «36,6» указывала на небольшую долю гомеопатии в продажах и не ожидала заметных потерь даже при исчезновении таких средств с полок.
В 2018 году конфликт дошёл до суда. Производитель ветеринарных гомеопатических препаратов «Хелвет» потребовал удалить меморандум, опубликовать опровержение и взыскать с РАН 30 млн рублей компенсации. Суд иск отклонил. Важная деталь процесса: представитель РАН указывал, что меморандум выражает позицию группы учёных в рамках научной дискуссии, а не является нормативным решением Академии, которое само меняет правила торговли лекарствами.
Формулировка выглядит парадоксально только на первый взгляд. Документ был официально опубликован комиссией при РАН и имел высокий научный авторитет. Но научная экспертиза не равна административному запрету. Именно в этом разрыве гомеопатический рынок и пережил самый громкий удар по своей репутации.
Что после меморандума действительно изменилось
Главный результат документа оказался не в пустых аптечных витринах, а в смене языка. После 2017 года гомеопатию в России стало значительно труднее обсуждать как безобидный «дополнительный метод», вокруг которого якобы нет научного консенсуса. Комиссия РАН закрепила ясную публичную позицию: убедительных доказательств эффективности нет, а механистические объяснения высоких разведений не выдерживают проверки.
В государственном секторе продажи гомеопатии позднее сокращались. По отраслевым данным, к 2020 году объём закупок таких средств государственными заказчиками составлял менее 9 млн рублей, тогда как аптечная розница сохраняла оборот в миллиарды рублей. Связывать всё падение госзакупок только с меморандумом нельзя: на рынок влияют закупочные правила, клинические рекомендации, ассортимент и спрос. Однако контраст показателен: учреждения покупали меньше, а частный покупатель продолжал голосовать рублём.
Не осуществилась ключевая идея о наглядном разделении аптечной полки. Продажа гомеопатии через отдельную витрину не стала обязательным общероссийским правилом. Для покупателя препарат с привычным названием, коробкой, инструкцией и регистрационным номером продолжал выглядеть как обычное средство от конкретного симптома.
История получила продолжение в 2025 году. Комиссия по борьбе с лженаукой при Экспертном совете РАН опубликовала новое заявление о препаратах, не содержащих молекул действующих веществ. Учёные отдельно упомянули продукты ООО «НПФ «Материа Медика Холдинг», ранее описывавшиеся как «релиз-активные», и призвали не включать подобные средства в клинические рекомендации, а также вернуть им статус гомеопатических. Новый документ показал, что вопрос не закрылся в 2017 году: научная критика сохранилась, а регуляторная практика продолжила создавать спорные ситуации.
Почему «Анаферон» до сих пор продаётся
«Анаферон» часто приводят как самый понятный символ противоречия: РАН называет высокоразведённые препараты научно несостоятельными, а в аптеке продаётся средство с указаниями для лечения и профилактики ОРВИ и гриппа. Однако юридически вопрос устроен сложнее, чем формула «признали лженаукой, значит должны запретить».
Согласно действующей карточке препарата в ГРЛС, взрослый «Анаферон» имеет действующее регистрационное удостоверение ЛП-N(000023)-(РГ-RU). В актуальной инструкции производитель указывает действующее вещество как «антитела к гамма интерферону человека аффинно очищенные - 10 000 ЕМД», где ЕМД расшифровываются как «единицы модифицирующего действия». Фармакотерапевтическая группа обозначена как «иммуностимуляторы; другие иммуностимуляторы», а не как гомеопатия.
Та же инструкция содержит необычную для привычной фармакологии оговорку: чувствительность современных физико-химических методов анализа не позволяет оценивать содержание действующего вещества «Анаферона» в биологических жидкостях, органах и тканях, поэтому изучение фармакокинетики технически невозможно. Для критиков препарата именно такая конструкция и указывает на фундаментальную проблему: средство заявляет биологическое действие, хотя количественно проследить заявленное действующее вещество привычными методами нельзя.
Комиссия РАН рассматривает препараты «Материа Медика» с высокими разведениями как средства, фактически продолжающие гомеопатическую логику под другим описанием. Производитель придерживается иной позиции и представляет «Анаферон» как зарегистрированный противовирусный и иммуномодулирующий препарат. Пока регистрационное удостоверение действует, аптека имеет законное основание продавать препарат, а производитель - распространять утверждённую регулятором инструкцию.
Регистрация препарата не решает научный спор автоматически. Регистрационная запись отвечает на административный вопрос: допускается ли конкретный продукт к обращению на рынке. Вопрос о том, имеет ли средство надёжно подтверждённую клиническую эффективность и правдоподобный механизм действия, требует анализа исследований, их качества, воспроизводимости и соответствия современной фармакологии.
Почему покупатели продолжают верить препаратам без убедительной доказательной базы
Покупатель редко рассматривает аптечную витрину как поле методологического спора. Простуда часто проходит сама, симптомы меняются волнами, а таблетку принимают в момент, когда состояние уже приближается к улучшению. Через два дня человек чувствует себя лучше и связывает улучшение с препаратом. Так работают естественное течение болезни и регрессия к среднему, а не обязательно лекарственное действие.
Добавляется эффект аптечного доверия. Коробка продаётся не на стихийном рынке, а рядом с жаропонижающими и антибиотиками. У препарата есть инструкция, логотип производителя, реклама, рекомендация знакомого или фармацевта. В сознании покупателя весь набор сигналов складывается в простой вывод: раз продают как средство от болезни, значит эффект доказан. Меморандум РАН пытался разрушить именно эту иллюзию равенства.
Для препаратов от ОРВИ проблема особенно удобна коммерчески. Большинство неосложнённых вирусных инфекций проходят самостоятельно. Покупатель может многократно получать субъективное подтверждение эффективности средства, даже если препарат не меняет течение болезни. Проверить разницу можно не личным опытом, а качественными рандомизированными исследованиями с подходящим контролем, заранее определёнными исходами и независимой оценкой результатов.
Как отличить научную оценку от аптечного статуса
Упаковка на полке отвечает на вопрос «препарат разрешён к продаже?», но не всегда отвечает на вопрос «помогает ли препарат настолько, насколько обещает реклама или бытовая репутация?». Для пациента полезнее проверять не громкость обещаний и не срок присутствия бренда на рынке, а место препарата в современных клинических рекомендациях, качество доказательств и наличие понятного измеримого действующего вещества.
Особую осторожность стоит проявлять, когда средство предлагают младенцу, пожилому человеку, пациенту с хроническим заболеванием или при симптомах, которые могут маскировать опасное состояние. Температура, затруднённое дыхание, обезвоживание, выраженная боль, неврологические симптомы, ухудшение после первоначального улучшения требуют медицинской оценки, а не эксперимента с препаратом, чья эффективность остаётся предметом принципиальной научной критики.
Меморандум РАН не снял гомеопатию с продажи, но убрал удобную двусмысленность. Наличие препарата в аптеке не доказывает, что лечение работает. «Анаферон» остаётся на полке не потому, что Комиссия изменила выводы, а потому, что научный документ сам по себе не отменяет регистрацию и не переписывает правила лекарственного рынка.
Вопросы о меморандуме РАН и гомеопатии
РАН действительно признала гомеопатию лженаукой?
Да, Комиссия по борьбе с лженаукой при Президиуме РАН в меморандуме №2 заявила, что гомеопатические методы диагностики и лечения следует квалифицировать как лженаучные. При этом меморандум является научно-экспертным документом комиссии, а не законом или приказом о запрете продаж.
Почему после меморандума гомеопатические препараты не исчезли из аптек?
Комиссия не уполномочена отзывать регистрационные удостоверения или запрещать торговлю. Российское законодательство сохраняет категорию гомеопатических лекарственных препаратов, а продажа продолжается, пока конкретные средства имеют действующую регистрацию и регулятор не принимает иное решение.
«Анаферон» официально считается гомеопатией?
В актуальной регистрационной и производительской документации взрослый «Анаферон» представлен как препарат группы иммуностимуляторов с действующим веществом, указанным в ЕМД. Комиссия РАН относит препараты «Материа Медика» с высокими разведениями к средствам, не содержащим молекул действующих веществ, и считает искусственным их вывод из категории гомеопатических. Поэтому статус препарата стал предметом научного и регуляторного конфликта.
Гомеопатия безвредна, если принимать её вместе с обычным лечением?
Приём сахарной таблетки сам по себе чаще всего не вызывает тяжёлого вреда, хотя возможны реакции на вспомогательные компоненты. Основной риск связан с ложной уверенностью, лишними расходами и задержкой диагностики или эффективного лечения. Совместный приём не превращает препарат без убедительной доказательной базы в работающую терапию.
Можно ли заменить «Анафероном» лечение гриппа, герпеса или другой инфекции?
Не следует заменять им терапию, назначенную врачом или предусмотренную клиническими рекомендациями. При подозрении на грипп, осложнение ОРВИ, герпетическую инфекцию, особенно у ребёнка, беременной женщины или пациента с хроническими заболеваниями, план лечения нужно обсуждать с врачом.
Материал носит информационный характер и не заменяет консультацию врача. Не отменяйте назначенное лечение и не откладывайте обращение за медицинской помощью из-за приёма безрецептурных средств.
