Если смотреть на иранскую ПВО без пропаганды и без снисходительности, картина получается двойственная. Иран за годы санкций собрал многослойную систему с собственными радарами, пунктами управления и большим набором ЗРК разной дальности. Но войны 2024-2026 годов показали неприятную для Тегерана вещь: количество комплексов и громкие заявления о новых системах не гарантируют устойчивость против противника, у которого лучше разведка, стелс-авиация, РЭБ и отлаженная кампания подавления ПВО.
В июне 2025 года израильская авиация удерживала превосходство в воздухе до перемирия, а в марте 2026 года Reuters передавал, что США и Израиль заявляли о контроле над значительной частью иранского воздушного пространства в первые дни новой кампании. Для обзора ПВО такой фон принципиален: он показывает не рекламную картинку на параде, а реальную устойчивость системы под нагрузкой.
Как устроена иранская ПВО
По открытым американским оценкам, иранская ПВО не сводится к одному роду войск. Структура включает ВВС Ирана, отдельные войска ПВО в составе Artesh и аэрокосмические силы КСИР. Над ними стоит Khatam al-Anbiya Air Defense Headquarters, национальный контур управления, который координирует радиолокационное поле, пусковые, пункты управления и взаимодействие между регулярной армией и КСИР.
Логика системы вполне рациональная. Самые ценные объекты, Тегеран, ядерные площадки, крупные базы и узлы командования, прикрываются дальними комплексами и более плотным радиолокационным полем. Менее дорогие рубежи строятся на средних и ближних ЗРК, а старые комплексы Иран старается продлевать модернизацией. В тех же открытых оценках прямо говорится, что развитие иранской IADS в значительной степени концентрировалось вокруг столицы и ядерной инфраструктуры.
| Уровень | Главная задача | Основные средства | Слабое место |
|---|---|---|---|
| Дальний | Прикрытие столицы, ядерных объектов и крупных баз | С-300ПМУ-2, Bavar-373, часть дальних РЛС | Высокая заметность и приоритетность для первого удара |
| Средний | Основной рабочий слой ПВО | Khordad, Raad, Talash, Mersad, Sayyad | Уязвимость к перегрузке и ударам по сети управления |
| Ближний | Защита от БПЛА, КР и низколетящих целей | Tor-M1, Rapier, Azarakhsh и другие короткие комплексы | Ограниченная зона прикрытия и зависимость от внешнего целеуказания |
Дальний слой: С-300 и Bavar-373
В дальнем контуре главную роль играют российские С-300ПМУ-2 и иранский Bavar-373. В оценке DIA С-300 прямо назывался самым сильным комплексом иранской ПВО. Логично предположить, что такие батареи Иран держит вокруг столицы, ядерных объектов и других критически важных площадок.
Параллельно Тегеран продвигал Bavar-373 как собственный ответ внешней зависимости. Иранская сторона заявляла, что комплекс способен обнаруживать цели более чем за 300 км, брать на сопровождение примерно за 250 км и поражать на дальности до 200 км. В публичных сообщениях 2025 года Bavar-373 и С-300 уже показывали вместе, что выглядело не только как учение, но и как попытка продемонстрировать живучесть системы после израильских ударов осенью 2024 года.
Средний слой: самая важная часть системы
Средний слой для Ирана даже важнее дальнего. Именно здесь находится основной «рабочий» парк систем, который должен закрывать большую часть воздушных угроз. В открытых американских оценках фигурируют Mersad, Talash, Raad, семейство Sayyad и Third of Khordad.
У Third of Khordad есть и реальная боевая репутация. По версии DIA, в июне 2019 года именно этот комплекс сбил американский RQ-4 над районом Ормузского пролива. Для Ирана такой эпизод стал редким случаем, когда собственный ЗРК получил подтвержденную известность не на выставке, а в реальном кризисе.
В 2024 году Иран показал и Arman. Через показ новых систем иранская сторона описывала Arman как антибаллистический комплекс, способный одновременно работать по нескольким целям на дальности до 120-180 км. Насколько эти цифры подтверждаются реальной боевой практикой, вопрос открытый, но для общего обзора важен сам факт: Тегеран продолжает расширять средний слой, а не полагается только на С-300 и отдельные витринные проекты.
Ближний слой: защита от низколетящих угроз
Ближний слой выглядит менее зрелищно, но без него вся большая архитектура быстро теряет смысл. На короткой дистанции должны работать комплексы против беспилотников, крылатых ракет, вертолетов и низколетящих самолетов. В открытых оценках здесь фигурируют Tor-M1 и Rapier, а также более новые иранские проекты.
Среди них выделялся Azarakhsh, который Тегеран в феврале 2024 года представил как низковысотный комплекс с четырьмя готовыми к пуску ракетами и заявленной дальностью до 50 км. Для отражения массовых налетов дешевых БПЛА и ракет такой контур критичен, потому что дальние комплексы слишком дороги, чтобы тратить их ресурс на каждую мелкую цель.
Радары и сеть управления
Иран вкладывался не только в ракеты. Открытые документы указывают на развитие собственных РЛС, командных пунктов и программных средств управления. Среди заявленных систем фигурировали Fath-14 с дальностью 600 км и Ghadir с дальностью до 1100 км. Иран также показывал Falaq, модернизированную РЛС с заявленной дальностью около 400 км.
На бумаге такой набор выглядит внушительно. Но современная ПВО держится не только на дальности обнаружения. Современная ПВО держится на связности сети, скорости передачи данных, стойкости к РЭБ, способности быстро перекидывать цели между радарами и пусковыми и на устойчивости командования под ударом. Если хотя бы часть этих узлов работает плохо, мощная разнородная сеть превращается в набор отдельных батарей, которые видят войну каждая по-своему.
Что показали удары Израиля и США
Именно здесь проявились главные слабости. В апреле 2024 года Reuters со ссылкой на экспертов писал, что у Ирана устаревшая боевая авиация и местные комплексы ПВО, во многом основанные на старых российских моделях. Осенью 2024 года удары Израиля по военным объектам около Тегерана и на западе страны сопровождались сообщениями о поражении радаров и элементов ПВО. Иранские военные сами признавали повреждения части радиолокационных позиций.
После войны июня 2025 года наиболее жесткий разбор дала FPRI. По оценке аналитиков, иранская ПВО оказалась хрупкой именно как интегрированная система. Удары по радарам дальнего обнаружения, узлам передачи данных и наиболее ценным батареям постепенно снижали общую устойчивость сети. Когда противник действует малозаметной авиацией, РЭБ и высокоточным оружием, слабая сшивка между средствами раннего предупреждения и «стрелками» начинает ломать всю архитектуру.
Тегеран косвенно подтвердил масштаб проблемы в июле 2025 года, когда иранские военные заявили, что часть поврежденных систем ПВО уже заменили заранее подготовленными отечественными средствами из резервов. Такая формулировка показывает сразу две вещи. Во-первых, запас на замещение у Ирана действительно есть. Во-вторых, удары по реальным боевым позициям оказались достаточно болезненными, чтобы скрывать масштаб ущерба уже не получалось.
К марту 2026 года картина стала еще жестче. Reuters 5 марта 2026 года писал, что США и Израиль заявляли о контроле над значительной частью иранского воздушного пространства уже в начальные дни операции. Даже если учитывать обычную военную риторику, для действительно устойчивой и глубоко эшелонированной ПВО такой фон выглядит крайне плохим признаком.
Сильные стороны ПВО Ирана
- многослойная архитектура с дальним, средним и ближним контурами;
- собственная промышленная база, которая позволяет выпускать ракеты, радары и заменять часть потерь;
- плотное прикрытие наиболее важных районов, прежде всего Тегерана и ядерных объектов;
- большой парк разнородных систем, который усложняет задачу противнику при ограниченном ударе;
- опыт развития ПВО в условиях санкций и технологической изоляции.
Слабые стороны ПВО Ирана
- разнородность парка и сложность нормальной интеграции всех элементов в единую сеть;
- зависимость части архитектуры от старых иностранных решений и старой технологической базы;
- уязвимость радаров, командных пунктов и батарей дальнего действия для приоритетного удара;
- ограниченная устойчивость против современной кампании подавления ПВО с участием стелс-авиации и РЭБ;
- сомнения в способности долго держать небо в войне на истощение против США или Израиля.
Итог
ПВО Ирана опасна как многослойная система прикрытия точек, как средство усложнить одиночный или ограниченный рейд, как инструмент борьбы с беспилотниками, крылатыми ракетами и нестелс-целями. Но ПВО Ирана не выглядит системой, способной долго выдерживать скоординированную высокоинтенсивную кампанию против США или Израиля, если противник методично выносит радары, командные узлы, пусковые и каналы связи.
Итоговый вывод звучит без киношного пафоса. Перед нами не «непробиваемый щит», а большой, многослойный, частично модернизированный, но неоднородный комплекс из отечественных и старых иностранных систем. Для обороны критических точек иранская ПВО все еще способна доставить серьезные проблемы. Для длительной войны против технологически более сильного противника иранская ПВО пока скорее замедляет поражение, чем надежно закрывает небо.
Материал носит справочный характер и не является инструкцией по ведению боевых действий, применению вооружений или обходу ограничений безопасности.
