По сравнению с детскими страданиями, современные нарушения тайны частной жизни и неправомерное обращение с персональными данными выглядят совсем не страшно.
 |
Когда хотят сгустить краски относительно государственного вмешательства в частную жизнь, говорят, что государство «лезет к гражданам под одеяло». Выражение такое, образное. Исключительно в переносном смысле. А вот родители – делают это буквально. Безо всякого сгущения красок, драматизаций и образных выражений.
Выражения, которые означают верх неприличия и вопиющие нарушения приватности: «лезть в душу», «заглядывать людям в постель», «залезать в трусы», «читать чужие письма», «заглядывать в чужие кошельки», «лезть в карман», «считать чужие деньги», «вмешиваться в личную жизнь», «лезть в семейные дела». Все они произошли от реальных действий, которые регулярно совершают родители над детьми. И высоконаучный термин «патернализм» («патерналистское государство») – тоже от слова «отец».
Хитрые юристы придумали уловку, чтобы не замечать этой ужасающей деприватности. До совершеннолетия человек считается недееспособным. Все решения от его имени принимает и действия осуществляет его законый представитель, то есть, родитель. Получается, что юридически это уже не чужойкарман или экран или роман или даже анонизм, а как бы свой собственный. Ну, да, закон – вещь гибкая; можно и не из такой дыры выкрутиться.
Те вмешательства в частную жизнь, которые совершает корпорация над своими работниками составляют 10% от родительских. Вмешательства государства над гражданами – 10% от корпоративных. Количество инсталляций государственных средств цензуры, корпоративных DLP-систем и программ родительского контроля соотносятся как 1 / 100 / 10000. Зато количество общественного негодования по указанным поводам – как 100 / 10 / 1. Забавно, правда?
