В ночь на 2 ноября 2026 года инфраструктура российского хостинг-провайдера Beget подверглась масштабной кибератаке. Перестали открываться сайты, возникли проблемы с виртуальными серверами, электронной почтой, системой доменных имён DNS и панелью управления. Тысячи клиентов столкнулись с перебоями, а сроки полного восстановления оставались неизвестными.
Но самым интересным оказалось юридическое продолжение истории. Beget официально уведомил клиентов о возникновении обстоятельств, которые «обладают признаками непреодолимой силы». Компания сослалась на пункт 3 статьи 401 Гражданского кодекса РФ и действующие договоры. Фактически провайдер обозначил возможное основание для освобождения от ответственности за нарушение обязательств.
Формулировка была осторожной. Beget не утверждал, что форс-мажор уже установлен судом, а лишь сообщил о наличии соответствующих признаков. Однако для владельцев сайтов разница между юридическими терминами мало что меняет. Если интернет-магазин не принимает заказы, корпоративный сервис недоступен, а восстановление затягивается, кто должен отвечать за финансовые потери?
Российские суды уже рассматривали подобные ситуации. Причём иногда признавали DDoS-атаку непреодолимой силой, а иногда отвергали такой довод даже при наличии технической экспертизы и возбужденного уголовного дела. Зарубежная практика не менее противоречива. В одних странах ИТ-подрядчиков заставляли платить за последствия взлома, в других договорные ограничения сводили многомиллионные требования к символическим компенсациям.
Почему хакерская атака не становится форс-мажором автоматически
Пункт 3 статьи 401 ГК РФ позволяет предпринимателю избежать ответственности за нарушение обязательства, если компания докажет, что надлежащее исполнение оказалось невозможным вследствие чрезвычайных и непредотвратимых при данных условиях обстоятельств.
Суды проверяют не только факт нападения, но и его характер. Чрезвычайность означает, что событие выходит за пределы обычных условий деятельности. Непредотвратимость предполагает, что избежать обстоятельства или его последствий не смог бы и другой участник рынка, работающий в сопоставимых условиях. Наконец, должна существовать прямая связь между нападением и невозможностью исполнить конкретное обязательство.
Для хостинг-провайдеров возникает очевидная проблема. DDoS-атаки, программы-шифровальщики, взломы через уязвимости и отказы инфраструктуры давно известны отрасли. Профессиональные поставщики услуг должны учитывать такие угрозы при проектировании систем, настройке защиты, резервировании и планировании аварийного восстановления.
Однако известность угрозы не означает, что абсолютно любое нападение можно предотвратить. Атака необычного масштаба, эксплуатация ранее неизвестной уязвимости или сочетание нескольких технических факторов действительно могут создать непреодолимое препятствие. Но необходимость доказать чрезвычайность, непредотвратимость и причинную связь никуда не исчезает.
Есть ещё одно принципиальное различие. Форс-мажор в общем случае освобождает от ответственности за нарушение, например от неустойки или возмещения вызванных им убытков, но не прекращает автоматически само обязательство. Если после устранения препятствия услугу можно предоставить, вопрос о её исполнении сохраняется. Возврат платы за неоказанные услуги, перерасчёт и расторжение договора рассматриваются отдельно.
Российская судебная практика. Когда ссылка на хакеров не помогла
В российских арбитражных судах постепенно сформировалась довольно последовательная логика. Сам факт кибератаки ещё не доказывает невозможность исполнения договора. Суд оценивает характер обязательства, продолжительность сбоя, действия пострадавшей компании и возможность использовать альтернативные способы исполнения.
Особенно показательны споры, в которых компании пытались оправдать взломом информационных систем просрочку денежных платежей. Судьи не склонны считать отсутствие доступа к внутренней базе данных достаточной причиной для того, чтобы не платить контрагентам.
Дела № А40-98900/2022 и № А40-129508/2022. Взлом базы не отменяет долг
В первом деле логистический оператор ООО «АЙ ЭМ ЭЛ» не перечислил партнёру денежные средства по агентскому договору. Компания объясняла задержку масштабной атакой на информационную систему 16 мая 2021 года. Злоумышленники повредили электронную документацию, заблокировали личные кабинеты и нарушили работу системы учёта.
Ответчик представил отчёт специалистов по реагированию на инцидент, сведения о возбуждении уголовного дела и доказательства уведомления контрагентов. Но суду оказалось недостаточно подтверждения самого взлома. В решении отдельно указано, что компания не доказала попытки восстановить документы и провести сверку взаимных расчётов. Обеспечение безопасности собственной информационной системы суд отнёс к обычным обязанностям предпринимателя.
В другом деле, № А40-129508/2022, иск к тому же логистическому оператору предъявило ООО «Л’Окситан Рус». Ответчик вновь ссылался на хакерскую атаку, из-за которой не мог определить точный размер задолженности. Суд не обнаружил доказанной причинной связи между взломом базы и невозможностью исполнить обязанность по оплате.
Оба решения показывают, почему недостаточно заявить, что после нападения перестала работать бухгалтерская или учётная программа. Денежное обязательство сохраняется, а должник должен показать, почему альтернативные способы расчёта и оплаты действительно были недоступны.
Дело № А28-8461/2022. DDoS-атака закончилась раньше срока платежа
АО «ЭнергосбыТ Плюс» потребовало взыскать неустойку с Кировского биохимического завода за просрочку оплаты по договору уступки требований. Ответчик утверждал, что задержка возникла из-за сбоев в государственной системе учёта алкоголя ЕГАИС, подвергшейся DDoS-атакам в начале мая 2022 года.
Суд признал, что система действительно испытывала проблемы со 2 по 5 мая. Однако срок исполнения денежного обязательства наступал 11 мая. Доказательств того, что предшествующий сбой непосредственно помешал перечислить деньги позднее, ответчик не представил. Ссылка на кибератаку не помогла избежать неустойки.
При этом суд уменьшил сумму взыскания с учётом отдельного обстоятельства. Задержка части платежа на 10 млн рублей была связана с действиями банка. В итоге взыскали 182 464 рубля 49 копеек вместо первоначально рассчитанной большей суммы. Таким образом, результат частично изменился, но не благодаря признанию форс-мажора.
Дело № А15-1085/2022. Редкий случай, когда DDoS-атаку признали непреодолимой силой
В Дагестане государственное учреждение потребовало почти 11 млн рублей штрафа от поставщика топлива. Сотрудники ведомства в ряде случаев не могли заправить автомобили по топливным картам. Заказчик оформил 14 актов о нарушениях обслуживания.
Поставщик объяснил проблемы DDoS-атакой на информационный ресурс, обеспечивавший работу карточной системы. В подтверждение представили письмо обслуживающей организации о том, что с 1 по 3 января 2022 года атака вызвала деградацию сетевого трафика и потерю доступа к серверу.
Первая инстанция признала наличие нарушений, но уменьшила штраф до 70 тысяч рублей, посчитав первоначальный расчёт неправильным. Апелляционный суд пошёл дальше и отказал во взыскании штрафа. В постановлении от 15 августа 2023 года суд признал временную невозможность отпуска топлива, вызванную DDoS-атакой, обстоятельством непреодолимой силы.
Однако исход спора нельзя объяснять исключительно кибератакой. Суд также установил, что контракт практически полностью исполнен, оценил соразмерность штрафных требований и применимость специальных правил списания неустоек по государственным контрактам. Кроме того, заказчик ссылался на 14 дней нарушений, тогда как технические доказательства атаки относились к трёхдневному периоду. Смешивать продолжительность киберинцидента со всеми заявленными эпизодами было бы неправильно.
Тем не менее дело представляет реальный пример признания кибератаки форс-мажором. Поставщику удалось подтвердить непосредственную зависимость конкретной услуги от информационной системы, работа которой была нарушена внешним воздействием.
Дело № А56-85885/2024. Timeweb выиграл спор на 5,26 млн рублей без признания форс-мажора
Компания «Саната», занимавшаяся бронированием санаториев, предъявила хостинг-провайдеру Timeweb иск на 5,26 млн рублей. После технического сбоя 19 апреля 2023 года сайт заказчика оказался недоступен. Клиент утверждал, что длительный простой лишил его выручки, а восстановление ресурса потребовало дополнительных расходов.
Первая инстанция удовлетворила требования. Однако в октябре 2025 года апелляционный суд отменил решение, а 17 марта 2026 года кассация поддержала отказ в иске. 10 июня 2026 года Верховный суд РФ отказал «Санате» в передаче жалобы на рассмотрение Судебной коллегии по экономическим спорам.
Решающим оказался не форс-мажор. Суды установили, что договор не возлагал на провайдера обязанность обеспечивать специальную защиту клиентских данных от неправомерных действий третьих лиц. Отдельную услугу защиты от DDoS заказчик не приобретал. Кроме того, истец не доказал совокупность обстоятельств, необходимых для взыскания заявленных убытков, включая нарушение конкретных обязательств и размер упущенной выгоды.
История показательна для любого бизнеса, работающего на арендованных серверах. Даже если кибератака не признана непреодолимой силой, взыскать потери можно лишь при наличии других законных оснований ответственности. Сам по себе простой сайта не означает, что провайдер обязан возместить весь недополученный доход.
Дело № А40-293189/2022. Аэропорт потерял сайт, но подрядчик не отвечал за любой взлом
Международный аэропорт Махачкалы потребовал около 2,4 млн рублей после уничтожения сайта в результате хакерской атаки на инфраструктуру подрядчика. В договоре присутствовали обязательства по защите веб-систем, включая защиту от DDoS-атак. Однако суды разграничили разные виды вредоносного воздействия.
Защита от DDoS предназначена прежде всего для предотвращения отказа в обслуживании из-за перегрузки запросами. Подобное обязательство само по себе не означает, что подрядчик гарантирует сохранность всей серверной инфраструктуры при любом способе проникновения и уничтожения данных.
Дополнительное значение имело наличие копии сайта на внешнем накопителе. Хотя данные были устаревшими, аэропорт не доказал, что их нельзя использовать для восстановления ресурса. В марте 2024 года Верховный суд отказал в передаче жалобы для дальнейшего рассмотрения.
Спор закончился без окончательного вывода о том, являлась ли сама атака форс-мажором. Суд сосредоточился на пределах договорных обязанностей и доказательствах ущерба. Для клиентов провайдеров разница принципиальна. Услуга защиты от перегрузки трафиком не равнозначна гарантии сохранности данных при взломе.
Зарубежная практика. Когда хакеры виноваты, а платить приходится поставщику
За пределами России подход во многом похож. Суды изучают условия договоров, характер кибератаки, предсказуемость угрозы и меры, которые профессиональный поставщик должен был принять заранее. Однако результаты могут существенно различаться в зависимости от национального законодательства.
Особенно интересны дела, связанные с программами-шифровальщиками и резервным копированием. Иногда именно отсутствие пригодной резервной копии превращает обычный инцидент безопасности в многомиллионный спор о гражданской ответственности.
Франция. Вирус Locky не оправдал отсутствие резервных копий
24 февраля 2016 года французская компания Euro et Expertise Monétique, обслуживавшая платёжные терминалы, пострадала от программы-шифровальщика Locky. Злоумышленники зашифровали более 203 тысяч файлов. За обслуживание компьютеров, защиту и резервное копирование отвечала компания Mise à Jour Informatique.
После заражения выяснилось, что пригодных резервных копий за несколько предшествующих месяцев не было. При этом подрядчик продолжал выставлять счета за услуги резервного копирования и контроля сохранности данных. Исполнитель пытался объяснить последствия заражения обстоятельствами непреодолимой силы.
Парижский апелляционный суд 7 февраля 2020 года оставил в силе взыскание 41 172,16 евро убытков. При наличии работоспособных резервных копий последствия заражения могли быть значительно меньше. Угроза компьютерных вирусов не была непредсказуемой для профессионального ИТ-подрядчика.
Любопытная деталь связана с составом компенсации. В неё вошли расходы на восстановительные работы, техническую экспертизу, привлечение сотрудников и даже выкуп, выплаченный киберпреступникам. Само по себе включение выкупа в расчёт не означает, что подобные платежи всегда можно взыскать с подрядчика. Но конкретный французский суд признал соответствующие расходы частью причинённого ущерба.
Норвегия. Потеряли данные на миллионы, получили 8280 крон
22 апреля 2021 года программа-шифровальщик Ryuk атаковала инфраструктуру норвежского поставщика ИТ-услуг Nordlo Haugesund. Из 255 клиентов компании четверо потеряли данные полностью или частично. Среди пострадавших оказалась Btec, лишившаяся примерно 14 тысяч производственных моделей и важных сведений из системы управления предприятием.
Btec оценила потери в 57,2–64,2 млн норвежских крон. Расследование выявило серьёзную проблему с резервированием. Копии части данных находились в той же производственной сети, которую атаковали злоумышленники, поэтому пострадали одновременно с оригиналами.
30 июня 2026 года апелляционный суд Гулатинга признал нарушения обязательств по резервному копированию и доступности услуг. Ссылку на форс-мажор суд отверг. Программы-шифровальщики давно известны ИТ-отрасли, а профессиональный поставщик должен учитывать подобные угрозы.
Но дальше произошло неожиданное. Суд применил стандартные договорные условия, ограничивавшие ответственность стоимостью трёх месяцев обслуживания. В результате компенсация составила всего 8280 крон. При этом между сторонами даже не было отдельно подписанного договора. Суд признал стандартные условия обязательными, поскольку обстоятельства заказа показывали, что клиент был с ними знаком. Решение обжаловано в Верховный суд Норвегии и на момент рассмотрения не являлось окончательным.
Норвежский случай демонстрирует неприятный для клиентов парадокс. Поставщик нарушил договор, кибератака не признана форс-мажором, данные действительно потеряны, но взысканная сумма почти несопоставима с реальным ущербом. Причина заключается в заранее согласованном распределении финансовых рисков.
США. Пятидесятисемистраничный план восстановления не убедил суд
20 февраля 2022 года международная логистическая компания Expeditors подверглась атаке программы-шифровальщика. Первоначальное проникновение произошло после того, как сотрудник загрузил поддельное обновление браузера. Компания отключила значительную часть своих информационных систем и примерно на три недели потеряла возможность нормально обслуживать клиентов.
Производитель роботов-пылесосов iRobot потребовал возместить расходы, возникшие из-за остановки логистических операций. Expeditors ссылалась на договорное положение о форс-мажоре, утверждая, что кибератака находилась вне её разумного контроля.
В марте 2026 года федеральный суд Восточного округа Нью-Йорка признал, что открытый перечень форс-мажорных обстоятельств в договоре потенциально может охватывать кибератаку, даже если она не названа отдельно. Однако Expeditors не доказала отсутствие существенных спорных обстоятельств, которые позволяли бы окончательно разрешить вопрос в её пользу без дальнейшего разбирательства.
Особенно интересно, что у Expeditors существовал план обеспечения непрерывности бизнеса объёмом 57 страниц. Но наличие документа ещё не доказывало, что предусмотренные меры были эффективно реализованы. Суду требовалось установить, насколько компания действительно могла уменьшить последствия нападения. Попытку квалифицировать атаку как акт войны или терроризма суд также отверг за недостатком доказательств. В постановлении от 24 марта 2026 года вопрос об окончательной применимости форс-мажора остался открытым.
Нидерланды. Неизвестная уязвимость помогла доказать непреодолимую силу
В июле 2025 года злоумышленники проникли в информационные системы нидерландской прокуратуры через ранее неизвестную уязвимость Citrix NetScaler. На момент нападения исправления ещё не существовало. Ведомство отключило значительную часть инфраструктуры от интернета, чтобы предотвратить дальнейшее проникновение и защитить конфиденциальные сведения.
Из-за отключения возникли задержки с рассмотрением административных жалоб на дорожные штрафы. 23 сентября 2026 года суд Северной Голландии признал обстоятельства непреодолимой силой и допустил приостановку срока принятия решения на 55 дней.
Суд изучил техническую причину инцидента, своевременность установки предыдущих исправлений, отсутствие доступного обновления и необходимость отключения систем. Ведомство также подтвердило, почему восстановление потребовало значительного времени и почему более безопасной альтернативы не было.
Нидерландское дело относится к административному праву, а не к коммерческому договору хостинга, поэтому напрямую переносить выводы на ответственность провайдера нельзя. Однако судебная логика показательна. Пострадавшей стороне удалось доказать не только факт нападения, но и непредсказуемость использованной уязвимости, отсутствие разумной альтернативы и обоснованность действий после инцидента.
Что определяет исход спора о кибератаке
Рассмотренные решения позволяют выделить несколько обстоятельств, от которых зависит юридическая оценка. Главный вопрос заключается не в том, произошло ли нападение, а в том, почему конкретная компания не смогла исполнить договор и могла ли разумно избежать возникших последствий.
Большое значение имеет технический механизм атаки. Перегрузка сетевых каналов, которую вызывает DDoS-атака, отличается от проникновения через украденный пароль или заражения программы-шифровальщиком. Если договор предусматривает защиту от перегрузки, нельзя автоматически считать, что поставщик отвечает и за полное уничтожение данных. С другой стороны, обязательство хранить резервные копии не исчезает только потому, что причиной потери оригиналов стали хакеры.
Не менее важна хронология. Когда началась атака? Когда перестала работать услуга? Сколько времени продолжалось непосредственное воздействие? Почему нельзя было переключиться на резервную инфраструктуру? Если нападение закончилось через несколько часов, а восстановление заняло недели, необходимо отдельно объяснять причины столь продолжительного простоя.
Наконец, суд оценивает предпринятые меры защиты. Для профессионального поставщика значение имеют своевременные обновления, разделение сетей, контроль административного доступа, независимые резервные копии и планы восстановления. Само наличие документа с описанием защитных мер ничего не гарантирует. Важно, работали ли предусмотренные механизмы на практике.
Техническая экспертиза, журналы событий, материалы расследования и сведения об уголовном деле могут помочь подтвердить обстоятельства. Заключение торгово-промышленной палаты также может использоваться как доказательство, но не обязывает суд признавать форс-мажор. Решение принимается с учётом всех обстоятельств конкретного спора.
Почему отсутствие форс-мажора ещё не гарантирует компенсацию
Здесь возникает второй, не менее важный юридический вопрос. Даже если кибератака не признана непреодолимой силой, клиент далеко не всегда сможет взыскать реальные убытки. Российское дело против Timeweb и норвежский спор Nordlo показывают разные способы, которыми требования заказчика могут оказаться безуспешными или существенно сократиться.
В первом случае клиенту не удалось доказать нарушение конкретных обязательств провайдера и необходимые основания взыскания убытков. Во втором нарушение договора было установлено, но действительное ограничение ответственности не позволило взыскать большую часть заявленных потерь.
Типовой договор хостинга нередко предусматривает компенсацию, связанную со стоимостью обслуживания, а не с коммерческими результатами сайта. При этом упущенная выгода и косвенные потери могут прямо исключаться или ограничиваться договором. Возможность применения таких условий зависит от законодательства, обстоятельств нарушения и статуса клиента. Например, для гражданина, который приобретает услугу для личных нужд, ограничения ответственности проверяются с учётом законодательства о защите прав потребителей.
Разница может быть огромной. Компания платит за сервер несколько тысяч рублей в месяц, но получает через размещённый на нём магазин миллионы. Если договор ограничивает ответственность стоимостью нескольких месяцев обслуживания, даже доказанная вина провайдера не обязательно позволит вернуть потери от остановки продаж.
Поэтому вопрос о форс-мажоре нельзя рассматривать отдельно от договора. Стороны должны заранее понимать, какие услуги гарантированы, кто отвечает за резервные копии, какие инциденты исключены из гарантий доступности и в каких пределах поставщик компенсирует ущерб.
Что делать клиентам провайдеров, пострадавших от кибератаки
Объявление форс-мажора не лишает клиента права предъявить претензию. Но начинать лучше не с требования компенсировать всю потерянную прибыль, а с фиксации фактических последствий и проверки договора. Особенно опасно пропустить срок обращения, который в некоторых соглашениях составляет всего несколько недель после инцидента.
Пока провайдер восстанавливает инфраструктуру, клиенту стоит одновременно решать две задачи. Первая связана с возвращением сайта или сервиса к работе. Вторая касается сохранения доказательств, которые впоследствии понадобятся для перерасчёта стоимости услуг либо взыскания убытков.
- Зафиксируйте период недоступности. Сохраните результаты внешних систем наблюдения, ошибки соединения, сообщения пользователей, переписку с поддержкой и уведомления провайдера. Отдельно запишите время остановки и восстановления каждого сервиса. Независимые журналы доступности обычно убедительнее отдельных снимков экрана.
- Проверьте договор. Найдите редакцию условий, действовавшую на момент аварии. Изучите гарантии доступности, исключения, предельную компенсацию, ответственность за сохранность данных и правила уведомления. Уточните, приобретались ли дополнительные услуги защиты от DDoS, резервного копирования или администрирования.
- Своевременно направьте претензию. Не ждите окончания расследования, если договор предусматривает короткий срок обращения. Укажите затронутые услуги, известный период простоя, последствия и первоначальные требования. При необходимости размер убытков можно уточнить позднее. Сохраните доказательства отправки и получения документов.
- Запросите техническое объяснение. Попросите указать установленный механизм атаки, затронутые системы, продолжительность нарушения обслуживания и причины, по которым резервные механизмы не позволили избежать простоя. Полный отчёт расследования может содержать конфиденциальные сведения, но провайдер способен предоставить ограниченное описание обстоятельств, существенных для исполнения договора.
- Разделите финансовые требования. Перерасчёт платы за неоказанную услугу, договорная компенсация за нарушение доступности, возмещение расходов на восстановление и взыскание упущенной выгоды имеют разные основания. Не объединяйте все суммы без подтверждающих документов.
- Документируйте убытки. Сохраняйте счета за аварийные работы, оплату альтернативного хостинга, расходы на восстановление данных и другие дополнительные затраты. Если заявляете упущенную выгоду, понадобятся сведения о фактической марже, обычном объёме продаж, несостоявшихся заказах и причинах, по которым доход не был получен.
- Проверьте возможность независимого восстановления. Если имеются резервные копии, размещённые вне пострадавшей инфраструктуры, оцените перенос ресурса. Проверьте доступ к управлению доменом, независимым DNS-серверам и почтовым записям. Не удаляйте журналы и доказательства аварии даже после возобновления работы.
При серьёзных финансовых потерях имеет смысл привлечь юриста, который работает с договорными спорами в ИТ, и технического специалиста по расследованию инцидентов. Юридическая экспертиза поможет определить основания требований, а техническая позволит установить, какие обязанности поставщик действительно нарушил и как последствия связаны с его действиями.
Отдельная проблема возникает у компаний, которые сами оказывают услуги конечным заказчикам. Атака на сторонний хостинг не обязательно освобождает интернет-магазин, разработчика или владельца корпоративной системы от ответственности перед собственными клиентами. Каждый договор и каждую причинную связь придётся оценивать самостоятельно.
Как не оказаться заложником одного провайдера
Судебные споры начинаются после аварии, но наиболее эффективные меры защиты принимают задолго до неё. Если компания полностью зависит от одной площадки, одновременная недоступность серверов, DNS, панели управления и резервных копий способна парализовать даже хорошо защищённый сайт.
Для критически важных проектов полезны независимые резервные копии с регулярной проверкой восстановления, возможность управлять доменом вне инфраструктуры основного хостинга и заранее подготовленный порядок переноса услуг. При высоких требованиях к доступности может потребоваться резервная площадка у другого поставщика. При этом резервирование должно быть технически независимым, иначе единый сбой затронет сразу обе системы.
Не менее полезно проверять условия ответственности до заключения договора. Если сайт обеспечивает значительную часть дохода, стандартная компенсация в размере нескольких дней абонентской платы вряд ли покроет реальный ущерб. В подобных случаях имеет смысл договариваться об отдельном уровне обслуживания, специальных обязанностях по резервированию и допустимых пределах ответственности. Иногда потребуется страхование киберрисков, но его покрытие и исключения также необходимо изучить заранее.
Так является ли хакерская атака форс-мажором
Может являться, но универсального правила нет. Российское дело о топливных картах и нидерландский спор об эксплуатации неизвестной уязвимости показывают, что суды действительно способны признать киберинцидент непреодолимой силой. Французское и норвежское решения демонстрируют противоположный подход, когда последствия нападения связаны с недостатками защиты или резервного копирования.
Для поставщика услуг главным становится доказательство чрезвычайности и непредотвратимости обстоятельств, а также связи между атакой и невозможностью исполнить обязательства. Для клиента не менее существенны содержание договора, фактический объём услуг, возможность взыскания убытков и действующие ограничения ответственности.
Даже успешное опровержение форс-мажора ещё не означает победу в споре о компенсации. Суд может установить, что провайдер не отвечал за конкретный риск, клиент не доказал свои потери либо договор законно ограничивает размер возмещения.
Хакерская атака способна объяснить причину аварии. Но превратить действия киберпреступников в универсальное основание для освобождения от ответственности значительно сложнее.
