Россия - патентный импотент

Количество собственных патентов в России неуклонно сокращается, что содержит в себе угрозу научно-технической самостоятельности страны. Есть все основания говорить о том, что мы стали не только сырьевым, но и интеллектуальным придатком стран "центра".

Количество собственных патентов в России неуклонно сокращается, что содержит в себе угрозу научно-технической самостоятельности страны. Есть все основания говорить о том, что мы стали не только сырьевым, но и интеллектуальным придатком стран "центра".

Ставка на ИТ-технопарки

Треть всех изобретений мира регистрировалось в СССР. В любом НИИ и КБ, в любом ВУЗе, на любом предприятии, сразу же после создания "первого" отдела, создавался отдел патентный, через который шли все без исключения разработки. Вместе с тем, Роспатент, имеющий сегодня штат в 2,476 сотрудников, занимающий целый квартал офисных зданий, и получающий более чем хорошее финансирование, за целый год регистрирует только 84 разработки, впоследствии патентующиеся в США и 33 топологии интегральных микросхем, с чем вполне бы мог справиться один работник. Для совершения прорыва в научно-технической области и повышения эффективности отраслей народного хозяйства Россия обладает всей необходимой производственной инфраструктурой. По состоянию на начало 2004 года в РФ насчитывалось более 5 тысяч научных организаций с общим числом занятых свыше 900 тыс. человек. Число научных организаций РАН за 1990-2002 годы увеличилось на 52,9% (с 297 до 454). Имеются 58 особо крупных организаций со статусом государственных научных центров РФ (ГНЦ). Эти организации обладают уникальными научными школами и научно-технологической базой и ведут разработки по приоритетным направлениям развития науки и техники, критических технологий федерального уровня.

Число наукоградов в России (их сейчас — 7), вот-вот должно увеличиться до девяти, а до конца 2005 года — до 12, с включением их программ развития в бюджет 2006 года. И как минимум, два из них — Троицк и Петергоф — твердо заявили о своих намерениях построить ИТ-технопарки. Основным показателем эффективности инновационной деятельности является количество патентуемых изобретений.

Паритет установлен

По данным Роспатента, подача заявок на выдачу патентов на изобретения от заявителей из РФ за один только 2004 год сократилась на 8%, а получение патентов по ранее поданным заявкам — на 7,3%. Причем удельный вес числа заявок на изобретения от многочисленных научных организаций составляет лишь 29% всех заявок, а доля патентов — около 34%. За тот же 2004 год количество заявок от зарубежных заявителей возросло на 26,8%.

Динамика роста активности зарубежных заявителей в последние годы прослеживается вполне четко : 2002 — 5,513 заявок, 2003 — 5,682 заявок, 2004 — 7.207 заявок.

Если учесть, что процент выдачи по зарубежным заявкам редко опускается ниже 90%, а по заявкам из РФ, — находится в районе 50%, то можно предположить, что уже достигнут паритет по количеству патентов выдаваемых этим двум группам заявителей. Можно предположить, что количество перекрывается качеством, и патенты российских заявителей приносят своим владельцам существенно большую выгоду. Тем не менее, это не так. В официальных отчетах Роспатента открыто сообщается, что к пятому году действия патента (примерно второй год после выдачи), российскими патентообладателями продлевается не более трети имеющихся у них патентов. Как указывается: "По-видимому, значительная часть патентообладателей не находит возможности или не видит смысла поддерживать в силе свои патенты. Таким образом, количество патентов на изобретения, реально присутствующих на патентном рынке, значительно меньше количества зарегистрированных патентов."

Патентные поверенные

Особенно наглядна ситуация в такой важнейшей области, как микроэлектроника. Регистрация топологий интегральных микросхем в РФ за 2004 год возросла на целых 39,5%, с 38 до 53, причем на российских заявителей из этих 53 приходится лишь 33. И это при том, что топология регистрируется не в разрешительном порядке, с проведением экспертизы новизны, а всего лишь в уведомительном, — в виде простой сдачи всего пакета документов "в архив". Впрочем, ситуация с "регистрацией программ для ЭВМ и баз данных" — и того хуже, до сих пор не определен сам орган, который собственно этим делом занимается.

Ситуация с активностью заявителей отражается и в количестве патентных поверенных. В Москве, и Санкт-Петербурге они безусловно есть, а вот в Ивановской, Курской, Смоленской, Вологодской, Мурманской, Пензенской, Курганской, и Псковской областях, республиках Карелия и Коми, в Коми-Пермяцком, и Ямало-Ненецком автономных округах зарегистрировано всего по одному патентному поверенному, а в Белгородской, Брянской, Орловской, Костромской, Липецкой, Тамбовской, Архангельской, Амурской, Читинской, Сахалинской, Магаданской, Камчатской, и Владимирской областях, Кабардино-Балкарской, Карачаево-Черкесской, Чеченской республиках, Ставропольском крае, республиках МарийЭл, Мордовия, Адыгея, Дагестан, Ингушетия, Калмыкия, Северная Осетия (Алания), Алтай, Бурятия, Тыва, Саха (Якутия), Хакасия и Удмуртия, Ненецком, Таймырском, Ханты-Мансийский, Агинском, Усть-Ордынский, Эвенкийском, Корякском, Чукотском и Еврейском автономных округах вообще нет ни одного патентного поверенного. Особенно наглядно это при сравнении с США, где на 50 субъектов федерации (штатов) приходится порядка 40 тыс. патентных поверенных.

Динамика патентования новейших разработок на крупнейшем мировом рынке, — в США, очень наглядно иллюстрирует ситуацию с мировой инновационной активностью.

В принципе и эти цифры могли бы радовать, в конце концов, Россия патентует больше, чем Лаос, и намного больше, чем Мозамбик. Так, в 1997 году в США было выдано России 111 патентов, а в 2003 — почти в два раза больше, 202!

Бессмысленный на первый взгляд термин "российские патенты без приоритета в России", на самом деле скрывает то, известное практически всем специалистам обстоятельство, что подавляющая часть российских разработок патентуется за рубежом "в черную", — без участия Роспатента, и даже не ставя его в известность.

Это, конечно, является грубейшим нарушением законодательства, но когда речь идет о быстром и эффективном выводе разработок на мировой рынок, — не до соблюдения формальностей, тем более, когда возникают системные угрозы. Кризисный 1998 год в этом плане очень показателен.

К чести Роспатента, он понимает ситуацию, при которой вынужден получать данные о патентовании российскими заявителями своих разработок из интернета, и даже пытается как-то ее оправдать: "С 1992 года действует устойчивая тенденция роста количества патентов США и ЕПВ (Европейское Патентное Ведомство) на изобретения, в создании которых участвовали российские специалисты. Рост количества патентов обеспечивается прежде всего все возрастающей активностью физических лиц, которые либо выступают на патентном рынке самостоятельно как заявители/патентообладатели, либо как авторы изобретений, принадлежащих иностранным компаниям."

Деньги и время

Почему же российские инноваторы оставляют без внимания основополагающие правительственные документы и игнорируют заботу и всемерную поддержку, оказываемые государством, раз за разом срывая выполнение этой важнейшей задачи.

Многочисленные чиновники так долго, так настойчиво, и так убедительно призывали инноваторов "перейти к рынку" и "начать считать деньги", что те, наконец-то последовали этому, безусловно, мудрому и полезному совету. А расчеты эти оказались очень короткими и очень простыми. При патентовании разработок через Россию, теряется очень много денег и очень много времени. По деньгам, на одном только НДС, в одних только США теряется от $2 –2,5 тыс. до $3-4 тыс. Потери в Европе — примерно такие же. При патентовании и в США и в Европе эти потери суммируются.

Более того, эти совершенно ничем не оправданные потери денег сочетаются с не менее неоправданными потерями времени. Процедура получения патента в РФ может занять 2,5-3 года (для примера, в Украине патент можно получить за 4 месяца). А ведь это время — драгоценно, причем в прямом смысле этого слова. Дело в том, что процедура международного патентования очень жестко расписана по времени, и нарушение этих сроков чревато очень серьезными неприятностями, из которых штрафы в $1 тыс. или евро — самые мелкие.

Кроме того, сотрудники Роспатента при работе над будущей международной заявкой могут допустить совершенно незаметные для себя ошибки, или точнее даже сказать недочеты, которые впоследствии обойдутся инноватору дополнительно в $2-4 тыс. или евро, а могут сделать дальнейшее международное патентование и вообще невозможным.

Более того, при "легальном" трансферте новых технологий, помимо огромных потерь на налоговых платежах и таможенных сборах, российских инноваторов подстерегает еще и другая опасность. Бдительные и зоркие органы, стоящие (по их мнению) на страже интересов государства, могут не только полностью парализовать любую непонравившуюся им работу, но и могут доставить ее российским участникам очень серьезные неприятности.

Ностальгия по старым временам

В СССР любая техническая диссертация в обязательном порядке должна была содержать раздел патентных исследований по тематике работы. Выходили сотни отчетов, обзоров, и исследований зарубежных разработок, которые обязаны были штудировать любой, кто был хоть как-то причастен к научно-технической деятельности. Параллельно существовала мощная система поддержки инноваций во всех сферах и на всех уровнях, начиная с бесплатной помощи в оформлении всех необходимых документов по заявке через систему ВОИРа, и заканчивая развитой системой премий и даже льгот по квартплате. Все это в совокупности позволяло государству удерживать паритет в научно-технической сфере, и как следствие — сохранять фактическую независимость на мировой арене. Ничего этого больше нет.

Из тех 23-х с лишним тысяч российских заявителей, что ежегодно приходит за патентом, половина не может его даже получить, хотя в большинстве случаев для этого вполне достаточно простого перевода заявки в формат полезной модели. Из второй половины, получившей свои патенты, 70%, то есть — подавляющая часть — бросают это дело на второй же год после получения, не желая тратить даже $15 за его продление. Те же, кто реально патентует свои разработки на мировом патентном рынке в подавляющем большинстве случаев в Роспатент вообще не обращаются. А если взять административную карту РФ и отметить на ней те из 80 с лишним субъектов, где патентных поверенных один-два, а то и вовсе ни одного, то вообще возникает резонный вопрос, что же происходит на этой "территории"? Последствия абсолютно закономерны.

Согласно данным Минпромнауки, доля России на мировых рынках высокотехнологичной продукции только 0,3% — в 130 раз меньше, чем США. И перспективы улучшения ситуации весьма туманны. Многие эксперты отмечают, что нередко российские абитуриенты поступают в элитные технические вузы, полагая, что это наилучший способ получить въездную визу в США и устроиться на работу в ведущие американские компании в сфере высоких технологий. Впрочем, с учетом ожидающейся ликвидации военных кафедр в технических ВУЗах последнее высказывание скоро потеряет свою актуальность, так как и абитуриенты потянутся вслед за разработками.

На сегодняшний день нужно говорить не столько о создании будущей системы поддержки инноваций, сколько о скорейшем сломе уже построенной и весьма успешно действующей системы жесткого подавления любой инновационной деятельности в РФ. До тех же пор, пока эта проблема не решена, рассчитывать хотя бы на сохранения существующего положения не приходится.

Источник:CNews.ru


или введите имя

CAPTCHA