22 Октября, 2012

Анатомия распила

Алексей Комаров
Скоро представилось Чичикову поле гораздо пространнее: образовалась комиссия для построения какого-то казенного весьма капитального строения. В эту комиссию пристроился и он, и оказался одним из деятельнейших членов. Комиссия немедленно приступила к делу. Шесть лет возилась около здания; но климат, что ли, мешал или материал уже был такой, только никак не шло казенное здание выше фундамента. А между тем в других концах города очутилось у каждого из членов по красивому дому гражданской архитектуры: видно, грунт земли был там получше.
Н.В.Гоголь, «Мертвые души»

Уверен, что не буду далёк от истины, сказав, что если вы хоть раз сталкивались с госзакупками, то прекрасно представляете масштабы коррупции в этой системе, хотя, может, точнее будет сказать, что всех масштабов вы себе даже и не представляете.

Не берусь давать точную количественную оценку этим масштабам ни при закупках решений и услуг в области информационной безопасности, ни, тем более, в целом по стране. Скажу только, что за несколько месяцев мониторинга государственных закупок сертифицированных средств защиты информации сколько-нибудь значительного по бюджету заказа , не содержащего нарушения, мне так и не удалось встретить.

Другой вопрос, что использовать эти нарушения для отмены или другого влияния на ход закупки, как правило, практически нереально. Система госзакупок у нас прежде всего регулируется Федеральным Законом № 94 "О размещении заказов на поставки товаров, выполнение работ, оказание услуг для государственных и муниципальных нужд", и этот закон неспроста является рекордсменом по количеству поправок и многими юристами признаётся одним из самых коррупционных законов в отечественном законодательстве. Даже прямое следование букве закона (при наличии, конечно, определённой поддержки со стороны определённых же лиц), позволяет безнаказанно распоряжаться госбюджетом как своим собственным. Но, про методы и трудности борьбы с распилом поговорим отдельно (Анатомия распила-2), а пока же вернёмся к нему самому.

Просматривая в последнее время десятки конкурсных документаций ежедневно, получил определённое представление о тех методах, которые наиболее часто используются нечестными на руку заказчиками и хотел бы поделится именно ими, рассказать о самих механизмах – так сказать, об анатомии распила.

Начать, пожалуй, стоит с того, что упомянутый уже ФЗ-94 предполагает несколько способов размещения государственного заказа:
  • путём проведения торгов:
     - конкурс
     - аукцион
     - аукцион в электронной форме
  • без проведения торгов:
     - запрос котировок
     - у единственного поставщика (исполнителя, подрядчика)
     - на товарных биржах
В интересовавшей меня сфере поставки сертифицированных средств защиты информации самыми распространёнными были варианты: открытый аукцион в электронной форме (ОАЭФ) и запрос котировок, про них и поговорим подробнее.

Начнём со второго. Что такое запрос котировок и как он устроен? Достаточно просто. Госзаказчик публикует конкурсную документацию, в которой указывает цену, содержание и сроки исполнения контракта. Все желающие принять участие – потенциальные подрядчики – направляют свои ценовые предложения. Победителем объявляется предложивший наиболее низкую цену. Всё предельно просто, единственный критерий оценки котировочных заявок – их цена. Казалось бы…

На практике же госзаказчики, просто информируют «своего» подрядчика о ценовых предложениях других участников с тем, чтобы он мог хоть на рубль, но установить цену ниже и победить. Доказать такой сговор трудно, если не сказать «невозможно», сама процедура запроса котировок отличается оперативностью и простотой, но, к сожалению для мошенников, для размещения заказа методом запроса котировок цена контракта не должна превышать 500 000 рублей в квартал по одной группе товаров.

Поэтому и стараются как можно больше закупок провести на суммы, недотягивающие до этого рубежа буквально чуть-чуть. Например, по состоянию на 18 октября:
Быстро и с минимумом усилий освоить 500 000 – это хорошо, но аппетиты у чинуш ныне уже не настолько скромные, чтобы довольствоваться такой суммой, поэтому научились они получать желаемый результат и при проведении более сложных типов закупок.

Обычные оффлайновые аукционы и конкурсы (ещё иногда употребляют слово «тендер»), постепенно уходят в прошлое. Сейчас уже не надо готовить пачки документов («Акакий, ты опять забыл приложить нашу лицензию?!»), запечатывать их в конверты, доставлять по указанному адресу, а потом ещё присутствовать на церемонии вскрытия. Открытый аукцион в электронной форме ( ОАЭФ ) существенно сокращает время подрядчиков на подготовку к торгам и, по идее, должен серьёзно повышать прозрачность и открытость закупок – ведь всё совершается на электронных торговых площадках, удостоверяется ЭЦП и автоматически протоколируется. Казалось бы…

Но пытливые умы, жаждущие наживы, и тут изобрели варианты. Основных подходов два: скрыть заказ от конкурентов («несвоих» подрядчиков) или недопустить их до участия. Итог один: аукцион признают несостоявшимся и контракт заключают с единственным участником, да ещё и по начальной максимальной цене. К слову, при проведении запросов котировок оба этих метода (скрыть и недопустить) тоже повсеместно используются.

Заказы публикуются на сайте госзакупок и просто так их не спрятать, поэтому для сокрытия заказа в ход идут:
Таким образом, ещё на самом первом этапе минимизируется число потенциальных участников: конкуренты просто могут не узнать о существовании самого заказа или узнать слишком поздно.

Вариантов же недопущения участников гораздо больше. При этом часто конкуренты «недопускают себя сами», т.е. отказываются от участия, потому что анализ документации явно показывает: конкурс распильный и выполнить его требования невозможно. К тому же, выигрыш в чьём-то чужом распильном конкурсе часто вообще может обернуться серьёзными проблемами (про это тоже в Анатомии распила-2).

Чтобы не допустить возможности участия других поставщиков, в конкурсной документации, например:
  • указываются нереальные сроки исполнения контракта, которые под силу только тем, кто узнал о нём заранее;
  • поставка товара сочетается с оказанием специализированных услуг (например, аттестация объектов информатизации), для исполнения которых требуется наличие редкой лицензии;
  • объединяются разнородные товары от значительного числа производителей, не оставляя шансов «чужим» компаниям даже просто успеть узнать цены, не то что договориться с вендорами/дистрибуторами об условиях и сроках поставки.
Самый же наглый на мой взгляд способ (он же и один из самых распространённых) – это, конечно, указание характеристик конкретного товара с тем, чтобы аналоги хоть по одному пункту, но не прошли.

При сочетании наглости и сговора получаем шаблонное описание товара в техническом задании (ТЗ). Например, такое описание-заготовка есть почти у каждого производителя СЗИ от НСД (средства защиты информации от несанкционированного доступа), но благое желание вендора помочь в составлении ТЗ на практике выливается в то, что шаблоны без малейших изменений кочуют из документации в документацию. Кстати, не советую в такие шаблоны включать вариативность: могут всем на посмешище просто вставить оба взаимоисключающих варианта =)

При сочетании наглости, сговора и глупости получаем описание, скопированное один в один с сайта разработчика. Звучит смешно и нелепо, но это правда , и прецедентов таких не мало.

Все указываемые, свойственные только одному продукту характеристики, никакой реальной полезности, как правило, не несут и служат только для ограничения конкуренции. Любые же попытки докопаться до истины и убедить переделать документацию, к сожалению, ни к чему не приводят: извиваясь ужом, подключая технических специалистов, заказчик упорно стоит на своём, заменяя одни липовые требования другими или, припёртый к стенке, внезапновспоминает (пример этого есть по этой ссылке , которая, заслуживает вообще отдельного поста), что вот-де раньше он какую-то такую штуку закупил, что теперь для совместимости с ней никакие другие товары, кроме одного единственного и неповторимого не подойдут.

Наконец, как запасной вариант, в случае несрабатывания всех предыдущих, используется отклонение участника по формальным признакам:
  • мелкая ошибка в поданной заявке;
  • непредоставление малозначительной информации;
  • неправильное истолкование требований конкурсной документации (в требования специально могут включать «логические мины», не вызывающие подозрений, но предполагающие двойное толкование).
К сожалению, всё вышеописанное – это не какие-то единичные случаи, хотя я и привёл лишь несколько ссылок, а совершенно обыденные вещи, происходящие каждый день открыто и у всех на глазах.

В следующей части (Анатомия распила-2) планирую рассказать о вариантах противодействия распильным и откатным конкурсам и главных проблемах, которые при этом могут возникать.

На фото – котэ в шоке: https://fbcdn-sphotos-e-a.akamaihd.net/hphotos-ak-ash3/578565_286605014774595_391965869_n.jpg
или введите имя

CAPTCHA
23 Октября, 2012
Анатомия распила
В дополнение к разделу "Чтобы не допустить возможности участия других поставщиков, в конкурсной документации, например" могу добавить еще один пункт: включение в конкурс ПО разработчиком которого является сам участник конкурса. Часто это бесполезное ПО, но оно позволяет отсеять 99% участников, кроме само собой разработчика и еще одного договорившегося с разработчиком участника.
0 |
  • Поделиться
  • Ссылка